В нижней палате румынского парламента приняли законопроект об объединении с Молдавией. Значит ли это, что Будапешт готовится в ближайшее время поглотить территорию соседа?

На самом деле это больше бюрократическая случайность, чем реальный старт политической кампании по реинтеграции с Молдавией. Дело в том, что по румынским законам любой проект, поступивший в Палату депутатов, должен быть рассмотрен в течение 45 дней — в противном случае (то есть если народные избранники не успевают проголосовать по проекту в указанный срок) он считается автоматически одобренным и уходит в Сенат. Это так называемый механизм «молчаливого принятия». Он нужен для того, чтобы законы искусственно не зависали в нижней палате, если депутаты затягивают их обсуждение.

И вот в рамках этой технической процедуры скандальное предложение об объединении с Молдавией и получило зеленый свет. Однако произошедшее не является индикатором, что инициативу пропустят на уровнях выше.

Во-первых, отрицательные заключения на проект уже дали румынское правительство и профильные юридические комиссии парламента. Во-вторых, его продвигают не мейнстримные партии, а праворадикальная SOS Romania, которая на последних парламентских выборах в декабре 2024 с трудом перешагнула избирательный барьер, набрав чуть более 5% голосов. На данный момент это маргинальная политическая сила, не обладающая ни широкой народной поддержкой, ни серьезным влиянием на решения, принимаемые в Бухаресте. Проще говоря, шансы пройти через Сенат у проекта околонулевые.

С другой стороны, как отмечает замдиректора Института стран СНГ Владимир Жарихин, проект, который затрагивает территориальную целостность страны и паразитирует на ностальгии по славному прошлому, не оставили бы без внимания просто так. Учитывая, к тому же, как неоднозначно он может быть воспринят в России и ЕС.

«Хотя это и бюрократические формальности, вряд ли бы их допустили по недосмотру, — подчеркивает Жарихин. — Больше похоже на прощупывание почвы и осторожный политический месседж, который для прикрытия выставили инициативой радикальной и непопулярной партии. Нельзя забывать, что присоединение Молдавии — это общенациональная румынская мечта. И нет сомнений, что при должных обстоятельствах, если в Будапеште посчитают, что никто в регионе не станет препятствовать их замыслу — например, из-за увлечения войной с Россией — они интенсивно начнут претворять его в жизнь. Тем более что молдавский президент сама является гражданкой Румынии и поддерживает движение за объединение».

Но даже если румынские власти решатся на присоединение Молдавии, они не смогут забрать ее целиком, подчеркивает Жарихин. Во-первых, менять прописку не согласятся в Гагаузии — небольшом автономном регионе на юге страны, где сильно пророссийские настроения. После бунта и непродолжительного периода независимости в 1990-м Гагаузия хотя и согласилась войти в состав Молдавии, но добилась права на сецессию — страховка на случай, если Кишинев и Будапешт закрутят роман.

Во-вторых, вне границ новой Румынии останется Приднестровье. Пока там стоят российские войска, которые гарантируют безопасность Тирасполя, этого не будет. Ввязываться в конфликт с ядерной державой ради Приднестровья румынские власти не станут, говорит Жарихин.