На полях Петербургского международного юридического форума (ПМЮФ) эксперты обратили внимание на проблему генерации выпускных и экзаменационных работ искусственным интеллектом (ИИ). Эксперты оказались единогласны в желании зарегулировать эти вопросы, особенно в сфере высшего образования. Однако не сошлись во мнении, стоит ли это делать каждому вузу по отдельности, или нужно спустить одинаковые правила для всех учебных заведений.

Из-за появления ИИ произошла девальвация традиционных форм контроля знаний, заявил в четверг, 25 июня, в ходе сессии «Искусственный интеллект в образовании: социально-правовые проблемы» глава президентского Совета по правам человека (СПЧ) Валерий Фадеев. Он отметил, что также из-за ИИ создалась «правовая и методологическая неопределенность», особенно в высшем образовании, и стал очевиден разрыв между технологическим скачком и институциональной готовностью к нему.

«При этом понятно, что запретны тщетны и ИИ все равно будет использоваться и студентами, и преподавателями»,— заключил господин Фадеев.

Отдельно он заметил, что данная технология «обнажила проблему качества подготовки высших научных кадров». Он привел в пример ситуацию, когда на защитах кандидатских диссертаций профессора не могут понять, оригинальный это текст или сгенерированный: «Нейросети не создают ничего нового, а человек, защищая кандидатскую,— должен. И если нельзя понять, есть ли в работе новое, значит, требования к соискателям слишком низкие».

«Нейросети уже общаются сами с собой. Мне рассказывали про случаи, когда преподаватель не глядя загружает работы студента туда, чтобы сгенерировать отзыв на них. А работы студентов тоже сгенерированы»,— пожаловался член СПЧ Игорь Ашманов. По его данным, уже 87% студентов используют ИИ для написания работ, а системы «по типу "Антиплагиата"» выявляют не больше 25% таких материалов. «Риск не в том, что работы плохие, а в фальсификации — воспитание психологии, что надо сделать "на отвяжись",— заявил он.— Это вовсю ухудшает наше образование, и мы просто не пониманием, кого мы выпускаем».

Перед вузами сейчас стоит несколько задач, полагает ректор РГГУ Андрей Логинов: нужно проанализировать, как можно применять ИИ в научных исследованиях и образовательных программах и до каких пределов возможно его использование.

«Отказываться из-за того, что выпускные работы можно генерировать, от системы проверки нельзя, экзамены — апогей всего образования,— считает господин Логинов.— Но регулировать процесс придется бесконечно, так как люди очень изворотливы, когда нужно избежать каких-то ограничений, и придумывают все новые способы это сделать». Господин Логинов предполагает, что единая модель контроля, «спущенная сверху сразу для всех вузов», приведет к тому, что они лишатся своей самобытности и «будут штамповать знания по одинаковым методикам», поэтому каждый вуз должен разработать эту систему на своем опыте.

Завкафедрой информационного права МГЮА Алексей Минбалеев с ним не согласился. Он, напротив, полагает, что регулирование этого вопроса должно быть «единым и системным», причем как для вузов, так и для школ. «Сейчас у каждого университета свои правила: кто-то разрешил применять нейросети для написания дипломов, но просит предупреждать, кто-то вообще не контролирует, кто-то запретил. Это только мешает. Нужны унифицированные требования, чтобы в образовании сохранялись преемственность и прозрачность»,— заявил он.

Впрочем, советник ректора МГУ, доцент кафедры административного права юридического факультета вуза Екатерина Бабелюк заметила, что лучше всего бороться с ИИ поможет качественное очное общение преподавателя со своими учениками. «Хорошие педагоги сами поймут, как нивелировать риски от списывания и генерации работ,— уверена она.— Появление калькуляторов не привело к тому, что дети перестали изучать арифметику». Госпожа Бабелюк предполагает, что образование трансформируется таким образом, что станет меньше домашнего задания, рутинные навыки будут отрабатываться под контролем учителя и при должном внимании педагогов учащиеся смогут получать необходимые знания, даже несмотря на существование ИИ.

Полина Ячменникова