Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике»

Фото: Антон Великжанин / Коммерсантъ

Перефразируя старую поговорку: национальное государство того гляди простудится на похоронах мирового порядка, который предрекал ему скорый конец. В начале нынешнего столетия считали, что государство, служившее структурной единицей международной системы, растворяется в глобализованной среде. И власть утекает с национального уровня в наднациональные эмпиреи — формальные, как международные институты, или неформальные, как интересы транснациональных групп и корпораций.

Однако нарастание разных внешних влияний породило в обществах чувство неуверенности и небезопасности. У технологических и социальных достижений, которые увеличивали открытость, обнаруживалась оборотная пугающая сторона. Инструменты, созданные для расширения пространства свободы, обращались в способы все более плотного контроля. И если контроль со стороны собственного государства хотя бы теоретически подразумевает ответственность перед гражданами, то наднациональные силы, совершенствующие надзорные методы, ни за что и ни перед кем не отвечают.

Ренессанс национального государства — отражение желания обществ сохранить хоть какую-то опору. Отсюда и вопрос о суверенитете — от продовольственного и культурного до цифрового. Правда, обеспечить его все сложнее. Контуры будущего — не исчезновение национального государства, а его упорная борьба за подтверждение своих полномочий как представителя определенного сообщества. Особенно с учетом того, что состав сообществ будет меняться по мере демографических изменений и неизбежного перемещения больших масс людей. А территориальное единство государств будет постоянно испытываться на прочность даже не центробежными силами, как во времена классических сецессий, а несбыточным соблазном передать решение проблем тем самым надгосударственным силам.