У российского бизнеса резко вырос спрос на деприватизационный аудит. Как отмечают юристы, проверка активов на предмет законности приватизации из нишевой услуги перешла в разряд частых. Первым о тренде сообщили «Ведомости». После громких дел о национализации «Южуралзолота», «Макфы», аэропорта Домодедово и других организаций бизнес начал серьезнее относиться к таким рискам.

Если раньше проверку заказывали в основном владельцы компаний с неоднозначной историей 1990-х, то теперь ее проводят и инвесторы, и нынешние собственники, и потенциальные покупатели, говорит партнер White Stone Роман Лобанов:

«Эта услуга действительно стала востребованной. Причем спрос существует не только при покупке крупных активов, заключении M&A-сделок или приобретении бизнеса. Она актуальна и при вложении средств в совместные предприятия, где присутствует риск деприватизации. Инвесторы не хотят становиться участниками проектов, на которые могут распространиться подобные претензии и связанные с ними имущественные риски. Успехом можно считать уже сам факт выявления такого риска и последующий отказ клиента от сделки. В моей практике были подобные случаи. Кроме того, важным результатом является получение необходимых согласований от регуляторов. Нередко консультанты помогают перестроить структуру владения активом таким образом, чтобы инвестор входил в проект с юридически чистым титулом и минимизированными рисками.

Какие именно риски могут возникнуть? У каждого основания для претензий есть свой триггер. Им может оказаться практически что угодно — например, факт получения взятки в размере 1 млн руб. несколько десятилетий назад. Из недавних примеров вспоминается дело, в котором мой партнер Руслан Урчуков представлял интересы одного из ответчиков по делу Вадима Николаевича Мошковича — Сергея Трибунского. Насколько мне известно, это едва ли не единственный случай, когда ответчику и его юристам удалось вернуть активы, изъятые в рамках антикоррупционного иска. Подобные обстоятельства приводят к тому, что даже спустя десятки лет государство может предъявить иск и потребовать изъятия соответствующего актива».

В конце мая Госдума приняла поправки в гражданский кодекс, которые устанавливают десятилетний срок исковой давности в спорах о приватизации. Однако закон не распространяется на некоторые категории: антикоррупционные, антиэкстремистские и другие случаи, связанные со стратегическими активами. И в последних громких делах поправка бы не сработала. Например, активы «Южуралзолота» были обращены в доход государства по иску Генпрокуратуры, которая посчитала, что основной владелец компании Константин Струков совмещал госслужбу с бизнесом, и извлекал выгоду из своего положения. А национализация аэропорта Домодедово была связана с иностранным гражданством его бенефициаров. Впрочем, поводы для оспаривания приватизации могут быть и иные, говорит управляющий партнер московского офиса коллегии адвокатов «Регионсервис» Анна Жолобова:

«Увеличилось число случаев, когда прокуратура обращается в суд с требованиями признать недействительными сделки по приобретению земельных участков — речь идет о так называемой деприватизации. В связи с этим перед покупкой земли или иной недвижимости требуется более тщательная и глубокая проверка актива, которая занимает больше времени. Запросов на проведение такого due diligence становится все больше, особенно когда речь идет о крупных активах и земельных участках значительной площади.

Особое внимание необходимо уделять архивным документам и материалам, относящимся к моменту совершения первоначальной сделки. При этом на практике встречаются случаи, когда участок изначально был передан в частную собственность на основании судебного решения или по итогам торгов. Однако даже такие обстоятельства не гарантируют защиту от последующего оспаривания прав на актив.

Несколько дней назад были внесены изменения в Гражданский кодекс, которыми установлен десятилетний срок исковой давности для оспаривания подобных сделок. Соответственно, анализ законности приобретения земельных участков и иной недвижимости теперь должен охватывать период в пределах последних десяти лет. Полагаю, что благодаря этим изменениям количество обращений прокуратуры в суды, а также число удовлетворенных исков о признании сделок недействительными со временем должно сократиться».

Стоимость аудита зависит от того, когда проходила приватизация, насколько хорошо сохранились архивные документы и как быстро нужно оказать услугу, отмечают юристы. Например, за проверку одного актива на предмет антикоррупционного риска клиентам придется отдать минимум 500 тыс. руб.

Анна Кулецкая