САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, 24 мая. /ТАСС/. Конституционный суд России (КС РФ) постановил, что переводимые по тем или иным причинам из исправительных колоний в СИЗО осужденные должны иметь равные права на личное пространство с содержащимися там подозреваемыми и обвиняемыми. По закону, в СИЗО на одного содержащегося человека приходится четыре кв. м санитарной площади, при нарушении этих нормативов переведенные в СИЗО осужденные имеют право требовать компенсации, следует из опубликованного в среду постановления КС РФ.

"Конституционно-правовой смысл части третьей статьи 77 (1) Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, выявленный в настоящем постановлении, является общеобязательным, что исключает любое иное истолкование этой нормы в связи с указанными правоотношениями в правоприменительной практике", - говорится в решении КС РФ.

Поводом для проверки конституционности норм Уголовно-исполнительного кодекса, регулирующих вопросы положенного человеку личного пространства в СИЗО и исправительных колониях, стала жалоба осужденного к пяти годам лишения свободы Максима Пискарева. Свой срок Пискарев получил в 2013 году, для отбывания наказания его направили в исправительную колонию строгого режима в Сургуте. В апреле 2018 года он должен был выйти на свободу.

Но летом 2017 года его перевели в СИЗО-1 Архангельской области в связи с расследованием нового уголовного дела. Далее он убыл в другой следственный изолятор, но в феврале 2020 года вновь был переведен в СИЗО-1. Так как в этом СИЗО он содержался в перенаселенных камерах площадью 40 кв. м с 12-20 гражданами с личной площадью менее 4 кв. м, он обратился с жалобой в суд на нарушение своих прав.

Судебные инстанции вплоть до Верховного суда России отказали Пискареву в удовлетворении его требований на компенсацию морального вреда, ссылаясь на часть 3 статьи 77 (1) УИК РФ. Суды решили, что в соответствии с этими нормами переведенные в СИЗО осужденные содержатся там на тех же условиях, как если бы они отбывали срок в своей исправительной колонии. А по статье 99 УИК РФ, минимум жилой площади в колониях на одного человека составляет 2 кв. м.

Несогласный с этими решениями Пискарев обратился с жалобой в КС РФ, так как подобная трактовка законодательства ставит в неравное положение обвиняемых, содержащихся в СИЗО, и заключенных, которые по тем или иным причинам были временно переведены в СИЗО.

Судьи КС РФ отметили, что сам факт содержания в СИЗО осужденных к отбыванию наказания в колонии не меняет их статуса, и они остаются осужденными со всеми правами и обязанностями. Однако осужденные не должны находиться в худших условиях по сравнению с содержащимися в СИЗО подозреваемыми и обвиняемыми.

По закону, норма санитарной площади в СИЗО определена в размере четырех кв. м на одного человека. Этим законом не устанавливаются разные нормы санитарной площади в зависимости от статуса лица, содержащегося в камере. Соответственно, осужденные, которые обладают своим особым правовым статусом, должны помещаться в камеры СИЗО по тем же нормативам, что и другие лица.

При такой трактовке оспариваемая норма УИК РФ не противоречит конституции. По мнению КС РФ, статья УИК предполагает, что для таких лиц, как Пискарев, размер площади в камере СИЗО определяется не в соответствии с нормами жилой площади, установленными для осужденных в исправительных колониях (два метра), а в размере не меньшем, чем гарантированная норма санитарной площади в СИЗО. Другое толкование нарушало бы равенство прав граждан.

Законодатель может отдельно предусмотреть более высокие нормативы площади в камере следственного изолятора для случаев, когда в СИЗО переводится осужденный к отбыванию наказания в исправительной колонии. Если же это невозможно обеспечить, то законодатель может ввести льготный зачет времени содержания в СИЗО для осужденных в их срок лишения свободы.

Осужденный к лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии, оставленный в СИЗО или переведенный туда для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве, вправе требовать возмещения вреда, связанного с нарушением условий его содержания.

Исходя из изложенной позиции КС РФ, дело Максима Пискарева подлежит пересмотру в установленном порядке.