— Дмитрий Борисович, какие у вас ожидания от предстоящего суда? Может ли произойти чудо? 

— Если чудеса и случаются, то не в России. Так что, мне кажется, все понятно — «Яблоко» снимут, крокодил назад не ходит, он не должен демонстрировать слабость и сомнений тоже. Так что, мне кажется, вопрос предопределен. 

Другое дело, как «Яблоко» себя ведет и какой, скажем так, идеологический ущерб путинская власть получит в результате этой операции. Она уже его получила, потому что понятно, сколько стоят все эти заявления о конституционном порядке, о честных выборах и так далее.

Те, кто следит за ситуацией (их немного, но и немало тоже), понимают, что случай с «Яблоком» — это произвол гораздо худшего качества, чем во времена кровавого самодержавия. Так что, все понятно, «Яблоко» нанесло ответный удар. И не только «Яблоко», потому что, например, было одновременно два интересных расследования про господина Журавлёва (Алексей, глава партии «Родина» — прим. ред.).

В одном говорится про то, что у его любовницы, жен и его тещ, 200 миллионов рублей недвижимости и прочих пряников, включая автомобиль «Мерседес», который он не указывает в своей декларации. В другом расследовании, насколько я помню, 300 миллионов. В любом случае, это на порядок больше, да не то, что на порядок, это просто несопоставимые вещи, чем, например, собственность господина Шлосберга (Лев, зампредседателя партии «Яблоко» — прим. ред.), который живет в стандартной квартирке в многоэтажке в Пскове, не имеет ни дачи, ни вообще автомобиля и живет на одну зарплату. Но одного человека сажают на 12 лет, а второй принимает закон в Государственной Думе и избирается в эту самую Государственную Думу. 

Вот это ответ на путинский произвол. Само «Яблоко» — не предельно, но весьма лояльная партия. А, собственно говоря, легально действующей в России партии нелояльной быть и нельзя. Но «Яблоко» тоже отвечает лояльно, легально, рассказывая о том, какие источники финансирования у всех партий, которые получают деньги примерно так же, как их получает «Яблоко».

Принцип юридического равенства всех субъектов, которые зафиксированы в правовых документах и в Конституции, в данном случае не работает, потому что Россия возвращается назад к сословному государству. Формальный признак сословного государства — наличие разных типов юридических нормативов для разных сословий. Третье сословие подвергается телесным наказаниям, а воины, дворяне не подвергаются.

Те, кто преданы Путину — сословия депутатов, сословия чекистов —могут воровать сколько угодно до той поры, пока они преданы, как положено быть преданным дворянам. Если власть в них начинает сомневаться, их начинают наказывать за то, что раньше поощрялось. Примером — Журавлёв, примером — Медведев, который «он вам не Димон». 

Так что, отвечая на ваш вопрос, «Яблоко» нанесло ответный удар. Конечно, оно не победит, но по ущербу системе, по ущербу лично Путину, по ущербу, нанесенному процедуре, которая называется «выборы в России», нанесен довольно значимый удар. И для того, чтобы не видеть его результатов, надо довольно сильно и старательно зажмуриваться.

Это, конечно, будет сделано сторонниками Путина, они зажмурятся, у них работа такая. Но мы констатируем, что лояльным быть уже недостаточно, законопослушным быть уже недостаточно. Надо не просто быть толерантным по отношению к власти, а надо быть восторженным, захлебываться в восторгах от Владимира Владимировича Путина и его деятельности. «Яблоко» восторженности не проявляло. А образ мыслей невосторженный подлежит наказанию. 

— Дмитрий Борисович, как вы оцениваете степень влияния на эти выборы, возможности в том числе у оппозиции, внутри и снаружи? Идут такие страстные дискуссии в соцсетях, в эфире телеканала Дождь частично. При этом мы помним, что выборы будут идти три дня, что выборы будут считать в ЦИК России и возможна фальсификация. Есть ли какие-то реальные возможности повлиять на это? 

— Есть, но они на грани значимости. То есть они на самом деле минимальны, честно сказать. Поэтому сейчас так страстно спорить, мне кажется, просто в значительной степени бессмысленно. Пока они там спорят, как вести себя при голосовании, я скажу, что избиратель как политический класс эти выборы, к удовольствию Кремля, проигнорирует. Люди обычно действуют самым простым способом. Самый простой способ — сказать «горите вы все огнем, я на эти выборы не пойду». И дьявольски трудно будет убедить, что на эти выборы есть смысл идти. 

Но разговор о том, что «если мы не пойдем, то упадет явка», — это тоже самообман, потому что, во-первых, большинство, больше половины людей, Путина поддерживает. Во-вторых, загонят бюджетников, зависимых, которые плюнут, но пойдут, потому что семью надо кормить, работу никто не хочет терять. Так что разговор о том, что «если мы все не пойдем на выборы, то они рухнут», — это такая же сказка, как то, что «если мы все пойдем и проголосуем за любую партию против, то в политике что-то изменится». 

Я думаю, что мы переживем катастрофу, когда рушится в стране все политические институции, уже рухнули, начиная от Конституционного суда или Верховного суда, кончая независимой прессой и выборами, в частности, тоже, ну и Конституцией, понятное дело. И поэтому оппозиция всё очевиднее переходит в статус диссидентуры.

Да, это, конечно, не советские времена, где диссидентов было по пальцам перечесть. Есть миллионы людей, которые против, но у них нет голоса и нет механизма. Собственно говоря, механизм выборов мы потеряли, не заметив того, значительно раньше, когда как раз надо было ходить на выборы и был смысл ходить. Сейчас этого смысла остается всё меньше. Хотя я скорее бы в этой ситуации выступил в стилистике Каца. 

Ну погодите собачиться, еще полтора месяца, еще за это время что-то может произойти. А тут уже эти люди, которые лишены реальной возможности повлиять на ситуацию, свою энергию расплескивают, расходуют на то, чтобы друг друга побольнее укусить.