Обе книги издаются и продаются в России на русском языке. Объясняя, почему их украинские версии оказались в хранилище, главный библиотекарь РГБ Наталья Ермакова заявила, что «многое зависит от перевода»:

«Случается, что книги зарубежных авторов, пользующиеся популярностью в русском варианте, не содержат ничего деструктивного. Однако в украинском переводе может быть заложен совершенно иной смысл и другая подоплека», — сказала Ермакова. Какие именно фрагменты или особенности перевода сочли «деструктивными», она не уточнила.

Спецхранилище работает чуть больше года, в нем собрано около 20 тысяч книг — практически все они на украинском языке, пишет издание. Доступ в помещение, по словам администрации РГБ, есть у сотрудников спецслужб. Попасть туда также могут исследователи национализма, прошедшие отдельное собеседование в библиотеке.

«Мы много лет наблюдали, как на Украине появляется неприятная для нас литература, откровенно русофобская. Наблюдали, как искажается история. В городах и поселках, которые освобождаются сейчас в ходе СВО, мы слышали призывы, в основном от участников боевых действий, о необходимости сжигать и выкидывать некоторые книги. Но мы решили, что обязаны сохранить слой таких документов для того, чтобы дальше можно было исследовать историю русофобии», — рассказал директор РГБ Вадим Дуда.

Книги для спецхрана отбирает созданный в 2024 году экспертный совет. Его участники изучают фонды библиотек на оккупированных Россией территориях Украины, которые российские власти называют «новыми регионами». Издания, в которых эксперты находят «признаки национализма, русофобии или идеологии нацизма», изымают и привозят в Москву. Что происходит с остальным тиражом, в РГБ не рассказали.

При отборе эксперты ориентируются в том числе на отдельные слова. По словам Ермаковой, «деструктивным» может быть признано издание, в котором Россию называют «Московщиной», россиян — «большевиками» или упоминаются ОУН и УПА.

В хранилище, как отмечает «Коммерсант», кроме украинской литературы также попал и комикс Кейти О’Нилл «Принцесса + принцесса: долго и счастливо». Дуда описал его как историю о двух принцессах, между которыми «возникли чувства, приводящие их к браку». 

На вопрос корреспондентке издания о перспективах расширения спецхрана глава РГБ Дуда ответил: «Поделюсь с вами своей мечтой — мне бы хотелось, чтобы он больше никогда не пополнялся».