В тюрьме Международного суда в Гааге 27 августа скончался бывший командующий армией боснийских сербов генерал Ратко Младич, приговоренный пять лет назад к пожизненному заключению по обвинению в геноциде, военных преступлениях и преступлениях против человечности. Тот вердикт, квалифицировавший генерала как одного из главных виновников кровопролитной боснийской войны 1992–1995 годов, был призван подвести черту под трагедией 30-летней давности. Однако и сегодня в самой Боснии о Ратко Младиче судят с диаметрально противоположных позиций. Центральные власти в Сараево объявили, что «смерть не приносит прощения», а экс-президент Республики Сербской Милорад Додик заверил, что она «останется верна делу Ратко Младича». С подробностями — корреспондент “Ъ” на Балканах Геннадий Сысоев.

О смерти Ратко Младича в Гааге сообщило в четверг сербское телевидение. Новость неожиданной не стала. Отбывающий пожизненное заключение 84-летний генерал был неизлечимо болен, и его представители все последние месяцы требовали разрешить ему перебраться в Сербию по гуманитарным соображениям и «в виду вероятной скорой смерти». В мае Международный суд в ходатайстве отказал.

К пожизненному сроку Гаагский трибунал по бывшей Югославии приговорил Ратко Младича в ноябре 2017 года. Генералу были предъявлены обвинения по 11 пунктам, включая геноцид и преступления против человечности. Его обвинили в организации этнических чисток и убийстве около 8 тыс. мусульман в Сребренице летом 1995 года, гибели около 12 тыс. человек (в том числе 1,6 тыс. детей) в результате блокады и обстрела сербскими войсками Сараево, захвате и использовании в качестве живого щита заложников из числа миротворцев.

На скамье подсудимых Ратко Младич оказался лишь спустя 16 лет после того, как в 1995 году был выдан ордер на его арест, который стал первым в созданном за два года до того трибунале по бывшей Югославии.

Аресту генерала предшествовало несколько спецопераций по его захвату. За его поимку сулили €10 млн, но он долго оставался неуловимым. Ратко Младич был арестован в Сербии лишь в мае 2011 года и вскоре был выдан в Гаагу, где год спустя начался суд над ним.

Доказать вину гаагским прокурорам помог сам обвиняемый, который в годы боснийской войны не стеснялся отдавать приказы на камеру. Так, во время осады Сараево генерал открыто приказывал «лишить его население рассудка артиллерийским огнем», а перед наступлением на Сребреницу говорил, что «пришло время отомстить туркам».

Приговор 2017 года обжаловали как защита, так и обвинение. Адвокаты утверждали, что сербские силы под командованием генерала лишь защищались от боснийской армии и что его вина не доказана. Прокуратура же настаивала на обвинении Ратко Младича в геноциде не только в Сребренице, но и в других городах Боснии. А поскольку Гаагский трибунал вскоре после приговора 2017 года прекратил существование, доводить процесс до конца пришлось созданному вместо него Международному суду. Он-то в июне 2021 года и подтвердил полностью прежний вердикт, который стал окончательным и не подлежащим обжалованию.

Международное правосудие изначально придавало процессу над Ратко Младичем особое значение. После того как экс-президент Югославии Слободан Милошевич не дожил буквально несколько месяцев до приговора, скончавшись в гаагской тюрьме весной 2006 года, наказание генерала Младича стало для гаагских прокуроров делом принципа. Ведь именно он считался главным проводником сербской политики в Боснии и одним из главных виновников вооруженного конфликта — самого кровопролитного на тот момент в Европе со времен Второй мировой войны.

Кроме того, многие в мире рассчитывали, что наказание ответственных за боснийскую трагедию подведет черту под мрачным периодом в истории народов бывшей Югославии и будет способствовать их примирению. Но на деле этого, похоже, не произошло.

Реакция на приговор Ратко Младичу пять лет назад и на Балканах, и за их пределами оказалась неоднозначной. Кто-то в регионе называл вердикт «торжеством справедливости», а кто-то — «расправой над сербским героем». На Западе приговор приветствовали, в российском же МИДе сочли его «продолжением политизированной и предвзятой линии, которая изначально доминировала в работе» Гаагского трибунала.

И сегодня на кончину Ратко Младича в Боснии отреагировали с диаметрально противоположных позиций. «Смерть не приносит прощения. Не исчезают массовые захоронения, не возвращаются убитые дети, отцы, матери, братья и сестры. Остаются лишь позор, приговор и кровавый след преступления»,— написал в соцсетях боснийский министр обороны Зукан Хелез. А экс-президент Республики Сербской Милорад Додик заверил, что она не забудет роль генерала и, «несмотря на политику Сараево и давление Запада, останется верна делу Ратко Младича».