История с неожиданной отсылкой к советскому прошлому появилась в заключении генерального адвоката Суда ЕС Тамары Чапеты по делу C-538/25. Речь идет о том, насколько широко европейские правила позволяют понимать термин «товары двойного назначения».

Поводом стал спор вокруг австрийского производителя самолетов. Компания хотела экспортировать в Мьянму шесть двухместных учебно-тренировочных самолетов, авиационный тренажер, технологию производства и комплектующие. Получателем должна была стать военно-воздушная служба страны.

В 2019 году аналогичный экспорт был разрешен. Но в 2023-м австрийские власти отказались выдавать разрешение. Они посчитали, что самолеты могут использоваться не только для обучения пилотов, но и для военных задач, включая разведывательные полеты. Власти также учитывали ситуацию с правами человека в Мьянме.

Чтобы объяснить сложность вопроса, Чапета напомнила высказывание Никиты Хрущева времен холодной войны. Лидер СССР рассуждал, что даже пуговица на брюках солдата может иметь стратегическое значение: если она оторвется, военному придется придерживать брюки одной рукой, а стрелять — другой. Сама Чапета признает, что такой пример выглядит преувеличенным. Но с учебным самолетом ситуация, по ее мнению, иная. Такая машина может быть гражданской, однако ее технические возможности позволяют использовать ее для подготовки военных летчиков.

Именно поэтому генеральный адвокат предложила широко трактовать понятие «товары двойного назначения». При оценке товара, считает она, прежде всего следует смотреть на его физические и технические характеристики и на то, способен ли он использоваться также в военных целях.

При этом речь не идет о том, что любой гражданский предмет автоматически должен попадать под экспортные ограничения. Чапета подчеркивает: широкое толкование не дает государствам ЕС неограниченной свободы препятствовать торговле. По ее мнению, для определения статуса товара не обязательно отдельно оценивать военный потенциал конечного пользователя, ситуацию в стране назначения или вероятность последующего переоборудования. Эти обстоятельства могут учитываться уже при решении вопроса о необходимости разрешения на экспорт.

Производитель настаивал, что самолеты не создавались для военных задач, а их переделка потребовала бы дополнительной технической информации и изменения электронных систем. Спорные самолеты и оборудование также не входят в перечень товаров двойного назначения ЕС и не включены в общий военный список Евросоюза.

Заключение генерального адвоката — не окончательный вердикт. Суд ЕС должен вынести решение позднее и не обязан следовать позиции Чапеты. Если суд согласится с предложенным подходом, национальным властям будет проще учитывать потенциальное военное применение гражданской продукции. При этом им придется объяснять, почему конкретный товар относится к категории двойного назначения, и почему его экспорт может затрагивать вопросы безопасности или прав человека.