Напомним, что в настоящий момент Сеул и Вашингтон активно обсуждают детали сделки по принципу "тарифы в обмен на инвестиции". Трамп ранее договорился с президентом РК Ли Чжэ Меном, что США снизят тарифы в отношении Южной Кореи с 25 до 15 процентов, за что Сеул должен вложить в экономику Соединенных Штатов 350 миллиардов долларов. 150 миллиардов из этой гигантской суммы планируется потратить на модернизацию судостроительной отрасли США, а 150 - на "остальные стратегические проекты". Спор возник как раз из-за этих самых "остальных проектов". Хотя соглашение подразумевает совместные консультации и согласование деталей проектов, Трамп и его подчиненные стали делать публичные заявления, совершенно не согласовывая с Сеулом, будто корейцы на все согласны. Это не устраивает Республику Корея, которая стала публично парировать и опровергать высказывания президента США и Белого дома.

"Я решительно возразил министру Латнику", - заявил Ким на специальном брифинге 1 октября. По его словам, американский коллега ответил, что понимает обеспокоенность южнокорейской стороны. Главным камнем преткновения стал проект Alaska LNG. Трамп объявил, что он войдет в пакет инвестиций РК в американскую экономику, а Латник назвал сумму - более $50 млрд. По его словам, южнокорейская сторона предоставит финансирование и покроет расходы на реализацию проекта.

Сеул утверждает, что договоренность выглядит совершенно иначе. "Проект на Аляске не будет осуществляться, если он не обладает коммерческой рациональностью. Южная Корея и США одинаково понимают это", - подчеркнул Ким Чжон Гван. Министр добавил, что решение ни об участии РК в проекте, ни о размере возможных инвестиций пока не принято.

Как сообщают СМИ РК, позицию Сеула подтверждает официальный документ самой американской администрации. В совместном факт-листе говорится лишь о том, что стороны начинают работу по Alaska LNG при условии коммерческой целесообразности проекта и выполнения всех требований национального законодательства. Об обязательстве Южной Кореи вложить $50 млрд там ничего не говорится. "То, о чем мы договорились по проекту на Аляске, - это три предложения в факт-листе, и это все", - заявил Ким. По его словам, названные американской стороной суммы и категоричные утверждения о реализации проекта "выходят далеко за рамки того, что было согласовано".

Таким образом, возникла необычная ситуация: Сеул спорит не столько с официальными американскими документами, сколько с публичной трактовкой этих документов самим президентом США и его министром торговли.

Проект Alaska LNG предполагает транспортировку газа с месторождений Северного склона Аляски примерно по 1300-километровому трубопроводу к южному побережью с последующим сжижением и экспортом в Азию. Его пытаются реализовать уже много лет, однако колоссальные первоначальные затраты и сомнения в окупаемости неоднократно становились препятствием. Из проекта ранее выходили даже крупные американские энергетические компании.

США теперь пытаются сделать предложение более привлекательным для Сеула. По словам Ким Чжон Гвана, Вашингтон обещает меры по повышению коммерческой привлекательности проекта. Среди них - благоприятные условия для участия южнокорейских компаний, возможные тарифные послабления для необходимого оборудования и возможность для РК получать произведенный на Аляске СПГ по экономически приемлемой цене. Американское федеральное правительство также намерено содействовать решению традиционных для проекта проблем с разрешениями и рабочей силой.

Однако Сеул намерен сначала увидеть конкретные расчеты. "Если федеральное правительство сможет решить хронические проблемы с разрешениями и рабочей силой, коммерческая состоятельность проекта может улучшиться. Мы ждем соответствующие материалы", - пояснил министр.

В дискуссию включился и президент РК Ли Чжэ Мен. Он подчеркнул, что участие в Alaska LNG возможно только при подтверждении коммерческой целесообразности и соблюдении южнокорейского законодательства.

Южнокорейские эксперты объясняют категоричность и спешку Дональда Трампа в том числе с приближающимися промежуточными выборами в США: Аляска рассматривается как важный штат в борьбе за место в Сенате, а запуск крупнейшего энергетического проекта означает инвестиции и рабочие места.

Помимо весьма спорного проекта на Аляске обсуждается также и строительство на южнокорейские инвестиции ряда крупных электростанций в США, где ситуация несколько проще, но также не без противоречий между Сеулом и Вашингтоном. Первым окончательно согласованным проектом стала газовая электростанция в Энсинале в штате Техас общей стоимостью $22,3 млрд. По строительству еще восьми крупных атомных энергоблоков стороны достигли рамочной договоренности на сумму до $120 млрд. Однако конкретные площадки пока окончательно не определены. Названные Латником Огайо, Теннесси, Южная Каролина и Кентукки являются штатами, заинтересованными в размещении объектов, пояснил южнокорейский министр. Ли Чжэ Мен указал, что принцип окупаемости должен касаться не только проекта на Аляске, но и всех остальных инвестиций, на которые пойдет Сеул, включая строительство электростанций.

Таким образом, речь уже идет не просто о разнице формулировок. Вашингтон пытается наполнить южнокорейский инвестиционный пакет конкретными американскими мегапроектами, исходя в том числе из своих внутриполитических приоритетов и интересов, тогда как Сеул настаивает на праве отдельно оценивать их окупаемость и условия участия, указывая, что готов вкладываться лишь только с условием возможности зарабатывания денег.