Сегодня трудно объяснить человеку, выросшему в эпоху интернета, что означал Кашпировский для позднего СССР. Еще до того, как в России родились люди, которых мы называем "инфоцыганами", вместе с началом перестройки, в нашей стране был человек, о влиянии которого до сих пор спорят. Что он делал? Пытался надуть всю страну - или, наоборот, хотел ее излечить? Профессиональный врач-психотерапевт, который верил, что организм человека может восстановить себя сам, ролевая модель для тех, кто в будущем займется эзотерикой, астрологией, родовыми проклятьями и самопрограммированием, один из самых узнаваемых феноменов массовой культуры эпохи перестройки. Человек, которого вся страна одновременно любила и ненавидела. Единственный в своем роде маг-гипнотизер - или возможно первый в стране профессиональный мошенник?

Он словно наш Дэвид Копперфильд. Кашпировский появился на советском телевидении в тот момент, когда сама страна словно искала человека, который скажет ей, что делать дальше. В конце 1980-х миллионы зрителей садились перед телевизорами, ставили рядом стаканы и банки с водой.

Впервые широкая и неискушенная советская аудитория обратила внимание на Кашпировского в 1987 году. В эфире программы "Взгляд" журналисту Вадиму Белозерову прокололи руку иглой, а Кашпировский, находившийся в студии, демонстрировал дистанционное обезболивание.

В 1989 году на телевидении состоялся первый знаменитый сеанс Кашпировского. Его программы смотрели миллионы людей. Одни искренне верили в возможность исцеления на расстоянии, другие относились к происходящему скептически, третьи просто не могли оторваться от экрана.

Кашпировского можно оценивать по-разному. Вокруг его методов всегда существовали споры, а отношение к нему менялось вместе со страной. Для одних он был врачом, для других - гипнотизером и шоуменом, для третьих - символом эпохи.

Никто не мог разобраться, почему во время очных сеансов гипнотизера-психотерапевта больные отбрасывали костыли, а люди на сцене засыпали. Такого не было ни в одной части "Иллюзии обмана" - потому что американцам такого даже не снилось.

Одна из методик Кашпировского называлась "обезболивание на расстоянии". Заключалась она в том, что люди без наркоза, но под гипнозом ложились на операцию.

Первой на "тест-драйв" методики согласилась жительница Киева Любовь Грабовская. Кашпировского от экспериментов на живых (и к тому же - действительно физически больных) людях отговаривали все, кто только мог - в частности, Наталья Бехтерева, известнейший в России нейрофизиолог. Но целитель был непреклонен.

У Грабовской была непереносимость анестезирующих препаратов. Прямую трансляцию вели журналисты "Взгляда", а "чудо-врач" настраивал и "заряжал" пациентку из московской студии. Та, находясь под камерами, не проронила ни звука.

Слава богу, ее резали не совсем "по-живому". Хирурги чуть позже рассказали что ввели Грабовской небольшую дозу наркоза. А пациентка рассказала правду лишь много лет спустя. Она призналась, что ей было больно, но из-за направленных на нее камер терпеливо молчала.

Еще одна известная пациентка Кашпировского - Леся Юршова. Ее оперировали в Тбилиси, Кашпировский выходил на связь из Киева. Диагнозы пациента пугают и сейчас - у нее брюшная грыжа и тяжелый перитонит. Операция длилась три часа. Хирурги в ее животе, а она говорит о любви к Кашпировскому и поет "Подмосковные вечера".

Прошло несколько месяцев, и в нимбе, засиявшем вокруг Анатолия Кашпировского, появились первые пробоины. В интервью "Литературной газете" под названием "Цена сенсации" Леся Юршова рассказала журналистам, что на самом деле во время операции она испытывала "чудовищную боль", но терпела, потому что "не хотела подводить Кашпировского".

Кашпировский организовал пресс-конференцию и позвал на неё Лесю Юршову. Юршова рассказывала, что определённые люди предлагали ей за 250 000 долларов снять еще одну программу. Суть предложения - на основе уже снятого фильма об операции снять разоблачение, и рассказать, где и как было больно.

Еще более тяжелые обвинения появились позднее, в документальном фильме ТВЦ "Гипноз поневоле" 1999 года.

В фильме врач Марк Бурно рассказывал, что специалисты наблюдали у некоторых пациентов с психическими заболеваниями обострение психотических состояний после просмотра сеансов Кашпировского.

Татьяна Дмитриева из Центра имени Сербского в фильме утверждала, что ей известен случай женщины, которая после сеанса покончила с собой. Сам Кашпировский категорически их отрицал. Его представитель в последующем судебном споре утверждал, что информация о подобных последствиях была клеветнической.

В декабре 1999 года ТВЦ показал программу "21 кабинет", посвященную десятилетию телесеансов. В ней утверждалось, что после сеансов у некоторых зрителей возникали негативные последствия для здоровья

Кашпировский подал в суд на ТВЦ, ведущего Виктора Белицкого и авторов программы, потребовав опровержения и компенсацию. Замоскворецкий суд Москвы отказал ему в иске.