В зоне СВО начали применять FPV-дроны с отечественной системой «Мираж», защищающей сигналы управления от перехвата. Она не дает противнику подключиться к видеопотоку, который беспилотник передает на пульт управления. Такая функция позволяет скрыть места взлета, посадки и маршруты движения БПЛА. Именно эта информация дает врагу шанс найти места базирования наших операторов и нанести по ним удар. Эксперты отмечают, что массовое появление «Миража» в зоне СВО серьезно сократит случаи огня по позициям наших дроноводов.

Система кодирования аналогового видеосигнала, получившая название «Мираж», состоит из двух модулей, которые работают в паре: кодер ставится на FPV-дрон, декодер — на пульт управления. Первый — берет исходный видеосигнал, шифрует его уникальным ключом и отправляет в эфир. Декодер на другой стороне принимает его и, если ключ совпадает, возвращает картинку в исходный вид, рассказали «Известиям» разработчики из компании «Сектор».

Шансы у специалистов радиоэлектронной разведки противника взломать «Мираж» и получить картинку от дрона стремятся к нулю. По словам разработчиков, устройство использует более 65 тыс. ключей. Полет боевых дронов, как правило, длится несколько минут. И за это время перебрать все комбинации и найти нужный ключ не получится.

— У «Миража» широкий диапазон электропитания. При этом нагрев при работе практически отсутствует, поэтому никаких дополнительных систем охлаждения или стабилизаторов не требуется. Это важно, потому что устройство ставится на борт, где каждый грамм имеет значение, — отмечают разработчики.

Удобна и система индикации, отмечают разработчики. При работе в закрытом режиме в углу экрана пульта управления появляется символ ключа. Это позволяет оператору с первого взгляда понять, что канал защищен: не нужно лезть в настройки и вручную всё проверять.

— Такая функция позволяет лишний раз не отвлекаться в боевой обстановке, — отмечают разработчики.

У ближайшего китайского аналога «Миража» около 7,6 тыс. кодов шифрования. Но дело здесь не только в количестве, отмечают разработчики.

— Самое главное — кто именно контролирует ключи, — объясняют они. — Не секрет, что китайская промышленность работает на две стороны — такова особенность рынка. Поэтому мы не можем быть уверены, что софт, железо и ключи китайского аналога не передадут нашему противнику. Если это произойдет, устройство станет опасным для наших бойцов.

Зная коды шифрования, противник будет видеть картинку с российского дрона, по которой можно отследить маршрут полета и расположение личного состава, а значит, сможет наносить удары, поясняют разработчики.

В компании «Сектор» предусмотрели возможность менять сам принцип кодирования на своих устройствах. Даже если враг получит доступ к одному из них, это не даст ему преимущества: старые ключи быстро заменят новыми, отмечают разработчики.

Перехват видеосигнала с беспилотников — это не теоретическая угроза, а реальный инструмент радиоэлектронной разведки, который противник активно пытается использовать в ходе боевых действия в зоне СВО, рассказал «Известиям» военный эксперт Алексей Леонков.

— В частности, на беспилотниках гражданского исполнения типа «Мавика», который используется в российских войсках, видеосигнал практически не шифруется. И по нему действительно можно определить место нахождения оператора и нанести поражающий удар высокоточным оружием, — объяснил эксперт.

Сейчас одна из самых актуальных задач — сделать универсальную систему шифрования для всех видеопередатчиков, используемых на БПЛА, рассказал «Известиям» главный конструктор Центра комплексных беспилотных решений (ЦКБР) Дмитрий Кузякин.

— Их много, и так бывает, что дрон и пульт управления приходят в войска с разными по своим характеристикам кодерами и декодерами сигнала, из-за чего БПЛА не могут летать, — отметил он.

Разработчики «Миража» уверяют, что их устройство работает с любым сигналом, соответствующим стандартам: причем пропускает как кодированный, так и не кодированный. При этом оно совместимо с любыми дронами или пультами управления.

В российской армии стараются обезопасить боевую работу операторов БПЛА в зоне проведения СВО. Так, в войсках начали применять наземные робототехнические комплексы (НРТК) в качестве мобильных площадок для запуска тактических беспилотников, писали «Известия».

НРТК с размещенными на них дронами дистанционно выдвигаются на максимально близкое расстояние к линии боевого соприкосновения. Операторы дронов при этом остаются на безопасном удалении и не попадают под вражеский огонь. После прибытия на позицию БПЛА поднимаются в воздух и выполняют боевые задачи: срывают штурмовые действия противника или мешают сосредоточению его сил.

Использование наземных роботизированных платформ дает возможность заранее доставить дрон на нужную позицию и применять его в режиме «ждуна». Такой аппарат может долго оставаться на месте, а затем внезапно для противника взлететь и атаковать цель.

Платформы также стали задействовать для защиты подразделений от беспилотных летательных аппаратов противника. Для этого на них устанавливают комплексы радиоэлектронной борьбы. Наземный робот может приблизиться к переднему краю, после чего включить оборудование, подавляющее каналы управления БПЛА в определенном секторе.

Новая тактика применения роботизированых систем и БПЛПА расширяет возможности нашей пехоты на передовой и снижает риски для личного состава. Кроме того, она увеличивает радиус действия воздушных ударных беспилотников.