Один из крупнейших рудников СССР - магаданский "Бутугычаг" - пережил в 1950 году тяжелое испытание. Госплан по олову провалился: за первые четыре месяца его выполнили всего на 59 %. Руководство Дальстроя пыталось спасти объект специальными приказами, которые сохранились в архивах. О том, как это было, рассказал краевед Василий Образцов в проекте MagadanMedia.

из фондов МОКМ

В штольнях рудника "Бутугычаг".

Почему сорвался госплан? Местное начальство приняло неверные управленческие решения. На предприятиях был острый дефицит мощностей, но администрация не смогла грамотно перераспределить электричество между различными хозяйствами комбината. В итоге на оловодобывающих объектах работы были фактически остановлены.

Чтобы спасти положение, был введен жесткий график потребления энергоресурсов и установлен лимит. Для обогатительной фабрики запустили локомобильную станцию, а процесс добычи переориентировали на промывку песков.

До 20 мая на руднике должны были смонтировать десять концентрационных столов Вильфлея - это специализированное оборудование для гравитационного обогащения полезных ископаемых. С их помощью должны были перерабатывать отвалы и делювий. Технику по балансовой стоимости передал рудник "Хениканджа", также расположенный в Магаданской области.

Положение было критическим: в первом квартале при плане в 15 тонн на "Бутугычаге" добыли 13,6 тонны олова. В апреле падение усугубилось: вместо 16 тонн предприятие выдало лишь 4,8 тонны, а в мае сработало в минус еще на две тонны.

К осени отставание стало критическим - ничего не помогало, долг по добыче рос. Но перед руководством поставили задачу не только выполнить, но и перевыполнить соцобязательства. Для этого оставался сентябрь - завершающий месяц, когда производилась массовая промывка песков.

Для того чтобы бесперебойно снабжать использовавшиеся для работы приборы водой, на руднике создавали ее запасы: построили дамбы и запруды, затопили отработанные шахты, а также использовали оборотную воду. Работа не останавливалась и ночью: для этого полигоны обеспечили хорошим светом. Для того чтобы защитить людей и механизмы, насосные установки и пункты по доводке шлихов (концентратов тяжелых металлов) срочно утеплили.

Горнякам поставили рекордные планы: ежесуточный объем добычи кондиционной руды с сентября по декабрь закрепили на отметке 200 тонн. Они должны были постоянно улучшать качество сырья - это делалось за счет сокращения выемочных мощностей и усиления отсортировки пустой породы. Более того, работать нужно было с заделом на будущее: поступил приказ создать к 1 января 1951 года подготовленный к выемке запас руды. Он должен был обеспечить рудник работой на ближайшие полгода.

Несмотря на все эти приказы, в октябре ситуация оставалась катастрофической. План девяти месяцев на руднике "Бутугычаг" был реализован всего на 65,3 %. В итоге руководство Дальстроя предъявило жесткий ультиматум: всех начальников оловодобывающих управлений и предприятий предупредили, что времени на ведомственную переписку и обсуждение отдельных вопросов больше нет. Нужно было преодолеть все возникающие трудности без ссылок даже на "объективные причины". Госплан по добыче олова предписывалось выполнить во что бы то ни стало.

Оловодобывающий сектор получил приоритет по всем фронтам. Всем отделам Главного управления и снабженческой организации "Колымснаб" предписали незамедлительно разрешать любые вопросы, связанные с этой отраслью. После запуска новой электростанции у комбината наконец‑то появились реальные возможности для того, чтобы стабилизировать работу рудника и обогатительной фабрики.

В конце октября 1950 года был подписан приказ, который раскрыл истинную причину падения добычи касситерита (основного рудного материала для получения олова) на Бутугычагском месторождении. Оказалось, что первое управление Дальстроя, в ведении которого находился рудник, прекратило проходку разведочных выработок в последние годы. В приоритет был поставлен урановый проект, геологические поиски олова свернули. Это оставило обогатительную фабрику без свежего сырья.

В декабре Дальстрой зафиксировал глубокую убыточность оловянного сектора. Из‑за провала плана сдачи металла предприятие не смогло полностью освоить выделенные ему финансы - государственную дотацию. На эти деньги решили профинансировать текущие плановые убытки.

В итоге только условные потери металла из‑за отсутствия электроэнергии на фабрике № 1 в 1950 году составили 131 тонну. Показатели горных работ упали до критических отметок: при запланированной добыче руды в 63 тысячи тонн было выдано всего 17 830 тонн (28,3 %). При годовом плане в 68 тысяч тонн фабрика смогла переработать лишь 20 тысяч тонн руды (31,8 %).

Рудник "Бутугычаг" работал в Магаданской области с 1937 по 1956 год и был частью системы Дальстроя. Название с эвенского переводится как "плохое место".

Сначала на руднике добывали олово, а с конца 1940‑х еще и уран - он был нужен для советского атомного проекта. Основную работу выполняли заключенные Теньлага.

Условия были очень тяжелыми: суровый климат, нехватка еды и теплой одежды, плохие бытовые условия. При добыче урана никакой защиты от радиации не было. Из‑за тяжелой работы, холода, недоедания и болезней люди часто болели и умирали, но точных данных о числе погибших нет - сохранившиеся документы неполные.

В 1955-1956 годах добычу остановили, а объекты со временем забросили.