Отец Саввы Ивановича, Иван Федорович, занимался винным откупом. (Откупщики платили государству налог на алкоголь и получали право продавать его по своим ценам.) В 1847 году он начал торговать вином в Московской губернии и перебрался с семьей в Москву, где приобрел просторные апартаменты - в семье Мамонтовых помимо Саввы росли еще пятеро детей - на Первой Мещанской улице. После смерти жены Иван Федорович с детьми переехал в дом на Малой Басманной.

Хотя в те времена в купеческих семьях дети в основном получали домашнее образование, в семье Мамонтовых все учились в гимназиях и университетах. Савва Иванович учился во 2-й московской гимназии, а затем недолгое время в Горном корпусе в Санкт-Петербурге. Но узнав, что там возникла вспышка скарлатины, Иван Федорович вернул сына доучиваться в Москву. Учился, кстати, Савва Иванович неважно, всегда ходил в отстающих учениках.

Из-за предрасположенности к туберкулезу летом 1859 и 1860 годов Савва Мамонтов вместе с наставником Николаем Авенариусом жил на заграничных курортах, лечился минеральными водами и готовился к поступлению на юридический факультет Петербургского университета. Но, несмотря на подготовку, поступил Мамонтов в университет не с первой попытки и некоторое время числился слушателем профессорского курса лекций. В 1861 году девятнадцатилетний юноша все-таки стал студентом Петербургского университета. Но практически сразу перевелся в Московский - петербургский климат Мамонтову, как говорили доктора, совершенно не подходил.

Учеба будущего мецената интересовала мало. Большую часть времени Савва Иванович проводил в театральном кружке. И даже сыграл Кудряша в спектакле по пьесе Островского "Гроза". Увлеченность молодого человека театром настораживала Ивана Федоровича. Дабы направить наследника на путь серьезного дела, Мамонтов-старший в августе 1862 года отправил сына в Баку в учрежденное Иваном Федоровичем Закаспийское торговое товарищество. Это было первое самостоятельное путешествие Саввы Ивановича.

В декабре 1862-го он отправился в Персию, где постигал тонкости торговли, изучал товары и цены, осваивал систему взаимоотношений с таможней. На следующий год Мамонтов-младший уехал в Милан, где, помимо торговли шелком, успевал брать уроки вокала и разучивать оперные партии. Там же в Милане он встретил свою будущую супругу Елизавету Сапожникову - дочь шелкоторговца Григория Сапожникова.

Мамонтов-старший выбор сына одобрил. Пара обвенчалась в 1865 году и, после возвращения из свадебного путешествия, поселилась в двухэтажном особняке на Садово-Спасской улице в Москве, который молодым подарил Иван Федорович.

Елизавета Григорьевна поддерживала все музыкально-художественные проекты своего мужа. На нее Мамонтов оформил купчую, когда в 1870 году решил приобрести усадьбу Абрамцево, ранее принадлежавшую семье писателя Сергея Аксакова. При нем в имении бывали Николай Гоголь, Иван Тургенев, публицист Михаил Погодин, актер Михаил Щепкин и другие известные люди того времени.

При Мамонтовых же Абрамцево стало местом паломничества творческой интеллигенции (художников, музыкантов, театральных деятелей). В 1870-х сформировался тот самый Абрамцевский или Мамонтовский художественный кружок. В имении регулярно приезжали, чтобы творить Илья Репин, Виктор и Аполлинарий Васнецовы, Василий Поленов, Василий Суриков, Михаил Нестеров, Константин Коровин, Михаил Врубель.

Здесь прошло отрочество Валентина Серова. Художник написал здесь свою знаменитую "Девочку с персиками", моделью для которой выступила дочь Саввы Мамонтова - Вера. Именно в Абрамцеве Илья Репин создал эскизы для таких картин, как "Крестный ход в Курской губернии", "Не ждали" и "Запорожцы пишут письмо турецкому султану".

После смерти отца Савва Иванович стал членом правления общества Московско-Ярославской железной дороги, а в 1872 году был избран его директором. Мамонтов решил провести железнодорожную ветку от Ярославля до Костромы и Кинешмы, аргументируя это тем, что Кострому необходимо связать с внешним миром. Это была рисковая идея, но Савва Иванович рисковать не боялся. Напротив, купец обладал коммерческой смелостью, порой граничащей с авантюризмом. Это качество сочеталось в нем с тонким эстетическим восприятием и художественными наклонностями. Как раз следуя им, в 1873 году Савва Мамонтов открыл в Абрамцеве студию-мастерскую для друзей-художников. Сам же он там занимался лепкой - это была его давняя мечта.

Еще одной любовью Мамонтова была музыка. Она сопровождала его и в доме на Садово-Спасской, и в Абрамцево. Сначала это был просто хоровой кружок, затем оркестр мандолинистов, который состоял из гостей и родственников предпринимателя. Но вскоре к любителям примкнули профессионалы - Мамонтов начал приглашать к себе преподавателей консерватории и певцов из театральных коллективов. Импровизированные концерты переросли в серьезные занятия. И в 1882 году предприниматель решил поставить оперу. Первыми его опытами в этом направлении стали третий акт "Фауста", постановка по "Виндзорским проказницам" и опера Николая Кроткова "Алая роза", премьера которой прошла в Абрамцеве.

После этих проб пера Мамонтов решил выйти на новый уровень: в январе 1885 года он открыл в Камергерском переулке, в помещении бывшего Театра Корша, Частную оперу под названием "Театр Кроткова". В театре Мамонтов занимался всем: от замысла спектаклей и подбора артистов до репетиций и декораций, которые, по его просьбе, создавали великие живописцы - Поленов, Васнецов, Врубель, Коровин. Первой постановкой стала опера Александра Даргомыжского "Русалка" с декорациями Виктора Васнецова. Но пресса отреагировала на нее с "ироничным недоумением". Резкие оценки критиков вызвала и следующая постановка Частной оперы - "Фауст".

Несмотря на неудачи, Савва Иванович продолжил реализовывать свои творческие замыслы. Второй театральный сезон в Частной опере открылся "Снегурочкой" Римского-Корсакова, после этой постановки отношение критиков к мамонтовской труппе начало меняться в лучшую сторону. Расцвет Частной оперы пришелся на 1896-1899 годы и связан он был с именем Федора Ивановича Шаляпина.

Впервые Савва Иванович увидел Шаляпина в Петербурге, сразу же, с присущим ему невероятным чутьём, оценил масштаб его таланта и пригласил в свою труппу. Меценат выделил для певца специального концертмейстера, с которым тот занимался тренировкой дыхания и артикуляцией.

Мамонтовский театр Шаляпин покинул в 1899 году. И хотя Савва Иванович всегда понимал, что рамки Частной оперы тесны для исполнителя такого уровня, обстоятельства ухода певца он посчитал оскорбительными настолько, что даже завещал не пускать Шаляпина на свои похороны. Дело в том, что Федор Иванович вел переговоры с управляющим Московской конторой Дирекции императорских театров Владимиром Теляковским и заключил контракт с Большим театром в тайне от Мамонтова. Это произошло как раз в тот момент, когда для мецената наступили непростые времена - его обвинили в незаконных финансовых операциях и завели уголовное дело о растрате средств.

А все началось с того, что в 1890-е Савва Мамонтов стал активно взаимодействовать с министром финансов Сергеем Витте, который предложил предпринимателю поддержать реконструкцию ряда заводов. Взамен Мамонтову был обещаны выгодные концессии на строительство новых железных дорог.

Савва Иванович приобрел или взял в аренду несколько предприятий, в том числе Невский завод, выпускавший паровозы; Николаевский металлургический завод в Иркутске; несколько чугунолитейных и горнодобывающих предприятий в Иркутской губернии; возвел вагоностроительный завод в Мытищах. Предприятия эти требовали реконструкции, а, соответственно, больших капиталовложений.

С этой целью летом 1898 года Савва Иванович продал более полутора тысяч акций Московско-Ярославско-Архангельской железной дороги Петербургскому международному банку и получил ссуду под залог векселей и акций. Менее чем через год стало понятно, что рассчитаться с кредиторами предприниматель не в состоянии. После чего была назначена ревизия, выявившая нарушения. Купца обвинили в незаконном изъятии из кассы железной дороги крупной денежной суммы и злоупотреблениях при строительстве линии Вологда - Архангельск. В сентябре 1899 года предприниматель был арестован в своем московском доме и посажен в Таганскую тюрьму. Имущество Мамонтова было описано.

В суде Савву Ивановича защищал адвокат Федор Плевако, доказавший, что преступных намерений обвиняемый не имел, никаких денег себе не оставлял, а желание его было только одно: приносить пользу обществу. В начале 1900 года предприниматель был освобожден из-под стражи. Выйдя из тюрьмы, Савва Иванович поселился в доме в Петропавловском переулке - он был фактически банкротом. Чтобы рассчитаться с долгами, Мамонтов продал акции чугунолитейных сибирских заводов, часть своей коллекции картин, часть музыкальной библиотеки и рояль, на котором учился играть молодой Шаляпин. К февралю 1902-го все претензии кредиторов были полностью удовлетворены.

Но черная полоса в жизни знаменитого мецената продолжалась. В конце 1907 года от воспаления легких скончалась дочь Вера. Вскоре умерла Елизавета Григорьевна. В 1915-м ушел из жизни сын Мамонтовых - Сергей. Самого Саввы Ивановича не стало 6 апреля 1918 года. Похоронен московский Медичи в его любимом Абрамцево.

Несмотря на то, что отношения с Мамонтовым у современников складывались не всегда гладко, вспоминали они о выдающемся меценате с большой благодарностью и уважением. "В нем всегда была какая-то электрическая струя, зажигающая энергию окружающих. Бог дал ему особый дар возбуждать творчество других", - писал о Савве Ивановиче Виктор Васнецов. Федор Шаляпин признавался, что обязан меценату своей славой. А Кузьма Петров-Водкин считал Мамонтова "одной из выдающихся фигур меценатствующей Москвы".