Продолжим разбор романов и повестей, номинированных на премию Хьюго в этом году. Предыдущие обзоры можно найти по ссылкам:

-3. Аннали Ньюиц «Automatic Noodle» — обзор

-2. Роберт Джексон Беннетт «A Drop of Corruption» — обзор

-1. Амаль Эль-Мохтар «The River Has Roots» — обзор

0. Все рассказы, номинированные на Хьюго в этом году — обзор

1. Ннеди Окорафор «Death of the Author» — обзор

2. Наоми Новик «The Summer War» — обзор

3. Антония Ходжсон «The Raven Scholar»

4. Оливия Уэйт «Murder by Memory»

5. Аликс Э. Харроу «The Everlasting»

6. Фрейя Марск «Cinder House»

7. Эмили Теш «The Incandescent»

8. Т. Кингфишер «What Stalks the Deep»

9. Адриан Чайковски «Shroud»

Сегодня поговорим о темной лошадке этого года и, по моему предварительному мнению, наиболее вероятному лауреату премии Хьюго, — о романе Антонии Ходжсон «The Raven Scholar». Раскрою карты сразу — обзор будет крайне комплиментарный, а сама книга обязательно войдет в список лучшего, прочитанного за год. С годами я становлюсь все более привередливым, в этом году таких романов всего два. Первый — «Лёд» Яцека Дукая, обзор на который был в колонке ранее. Роман Ходжсон — второй. И двух менее похожих книг не найти.

«Лёд» — это классический пример премиальной фантастики старой школы. Огромный, философский, стилистически сложный, требующий недюжих читательских усилий роман. Дукай воссоздает альтернативную историю XX века с изменённой физикой и логикой, рассуждая о природе реальности, истории и политике. «The Raven Scholar» — пример развлекательной, коммерческой фантастики высокого уровня. Использованы все популярные тренды: темная академия, королевская битва, становление аутсайдера. Хотя книга длинная, но читается на одном дыхании, чему служит динамичный сюжет, юмор, драма, постоянные сюжетные твисты и растущие ставки.

Оба подхода имеют право на жизнь. Очевидно, что книги, авторы которых пошли вторым путем, всегда будут популярнее. «The Raven Scholar» так и вовсе одно из самых популярных фэнтези прошлого года. К настоящему моменту более 57 000 оценок на Goodreds (для сравнения, у суперхита Аберкромби «The Devils» сейчас 74 000 оценок, впрочем, обе книги далеко отстали от Айлингтона, чья «The Strength of the Few» имеет более 110 000 оценок — да, Айлингтон ныне популярнее Аберкромби, — живите теперь с этим). Но практически на протяжении всей истории существования премий, номинировать и награждать все же старались авторов, идущих первым путем, заставляющих думать, вместо того, чтобы просто развлекать. Что же случилось в последнее время с премией, что чисто развлекательные книги все чаще не только номинируются, но и побеждают? И как вписывается бестселлер Ходжсон в общий тренд? Давайте разбираться.

Чего у Ходжсон не отнять, так это умения закручивать сюжет, что она демонстрирует с первых же глав, проворачивая трюк, подобный тому, что был исполнен, в, пожалуй, лучшем аниме прошлого года, — «О движении Земли». Автор рисует вполне типичного для приключенческого янг-эдалта с академкой персонажа с не менее типичной предысторией: травмированная девушка из благородной, но опальной семьи, с неотесанным, но амбициозным братом. Помещаем ее в не менее типичную среду: имперский двор, политические интриги, древние традиции, шанс поступить в престижную академию и принять участие в турнире с императорским троном на кону. И ровно в тот момент, когда читатель начинает чувствовать, что взялся за еще одну комфортную и привычную, многажды читанную историю, Ходжсон бьет под дых и меняет всё, крайне жестоко расправляясь с той, кто, казалось бы, будет главной героиней истории. Никакой истории взросления мы не увидим. Настоящая героиня — тридцатипятилетняя архивная крыса по имени Нима Краа, которая неожиданно, и без всякого удовольствия для себя, оказывается втянута в круговорот интриг во время фестиваля, во время которого восемь фракций, поклоняющихся разным божественным Покровителям-животным (Ворон, Лиса, Тигр и прочие), отправляют лучших чемпионов на испытания ума и тела, чтобы один из них стал новым правителем. Но в первый же день чемпиона Воронов находят мертвым, с кинжалом в спине. И не каким-нибудь кухонным ножиком, а Кинжалом мира — древним артефактом, который, по преданию, приведет к концу света, если когда-то отнимет чью-то жизнь. Волею судеб нашему социально неловкому, педантичному не в меру и старающемуся всегда держаться в тени книжному червю приходится оказаться в центре кровавой королевской битвы, где все участники — либо гениальные стратеги, либо смертоносные воины. Расследовать убийство, распутать клубок политических интриг, предотвратить надвигающийся апокалипсис и как-то не погибнуть во время испытаний, к которым остальные участники готовились всю свою жизнь.

итальянское издание

И вот здесь Ходжсон отрывается по полной. Ей удается убедительно балансировать между различными и, казалось бы, несочетаемыми жанрами, беря от каждого лучшее. Тут тебе и классический детективный роман (кто убил и зачем), и турнирная арка с неожиданными союзниками и врагами, и глубокий разбор последствий одного морального выбора, сделанного восемь лет назад. Прошлое постоянно лезет в настоящее, и почти каждый значимый персонаж несёт на себе груз тех событий, свидетелями которых мы стали в первых главах.

Хороши персонажи: яркие, характерные, с узнаваемыми чертами и своими тараканами. Даже те, кто поначалу кажутся ходячим картоном а-ля «холодный амбициозный воин», «беспринципный интриган» или «мать, готовая на все ради детей», с развитием сюжета раскрываются далеко не самым очевидным образом. При этом Ходжсон отлично удается избегать типичных ошибок развлекательного жанра и навязших на зубах клише: милая неуклюжая героиня внезапно не станет избранной, которая всех порвёт. Божественные покровители, приходящие на помощь, имеют собственные интересы, слабо сочетающиеся с желаниями самих спасенных. Ходжсон не боится быть жестокой по отношению к героям: пострадают очень многие, а выживут — далеко не все. Некоторые сюжетные линии закрываются очень красиво, некоторые — болезненно и неожиданно.

Отдельно хочется отметить язык и стиль Ходжсон. Постаралась она на славу: пишет плотно, живо, вкусно. Диалоги острые, естественные с отличным чёрным юмором, особенно когда в них вступает Нима со своей неу(ё)мной педантичностью. Автор прекрасно передаёт внутренний голос героини: её мысли скачут, она себя постоянно поправляет, анализирует и язвит. Продумано все, вплоть до сносок и шрифтов, и все играет на повышение "крутости" романа, чего стоят только списки дел, которые составляет героиня — и отмечает выполненные пункты:

цитата

• Avoid being killed by Ruko ✔

• Avoid being killed by Katsan ✔

• Encounter the Raven and refuse to do its bidding ✔

• Apologise to Cain and get into his trousers ✔✔

• Convince Vabras and the emperor I am not a threat ✔ ?

• Prevent Ruko from winning the throne/ending the world ✘

• Cake? ✔ (Stolen)

В романе почти на 700 страниц практически нет воды: каждый эпизод важен, каждая сцена подкидывает новые фрагменты мозаики, ставит новые сложные задачи или раскрывает секреты — да такие, что пару раз хочется книгу отложить, чтобы отдышаться. «The Raven Scholar» — это именно тот редкий случай, когда коммерческая фантастика при этом остаётся умной, злой и очень хорошо написанной. Некоторым недостатком можно назвать разве что камерность событий — практически все действие ограничено императорским дворцом и той неделей, которая отведена под фестиваль и турнир претендентов на престол. И, стоит помнить, что это только лишь первая часть трилогии — вполне возможно, не более чем пролог к дальнейшим событиям: последние главы запускают с пол дюжины сюжетных линий в самых разных частях мира книги, трансформируя цикл из локальной истории в эпическое фэнтези с широким размахом. И, ах, сколько же авторов на этом обжигались. Сможет ли Ходжсон удержать уровень при возросших масштабах, узнаем только в следующем году.

подарочное издание

Но довольно елея.

Несмотря на то, что он мне понравился и понравился весьма, это совсем не та книга, которую я бы выдвигал на высочайшую премию в области фантастики. Ходжсон сделала почти идеальную коммерческую книгу, но она остаётся именно коммерческой. Она развлекает, держит в напряжении и даёт эмоции, однако принципиально не пытается перевернуть что-то внутри читателя и не расширяет границы жанра. Хорошо исполненное упражнение, без интеллектуального или эстетического вызова. По-хорошему, она просто отточила до совершенства популярную формулу и упаковала ее в новую яркую обёртку, подобно победителю Хьюго прошлого года — Роберту Джексону Беннетту с романом «The Tainted Cup». Беннетт, блестящий стилист и визионер, в данном случае тоже сознательно работал в регистре кассового жанрового чтива, снижая градус глубины и амбициозности, что были свойственны его более ранним, недооценённым вещам.

Именно поэтому я и считаю, что Ходжсон — наиболее вероятный победитель этого года, ведь она как влитая вписывается в тренд. Тренд куда более тревожный, чем когда высшие награды массово получали книги, посвященные гендерным и расовым вопросам. Тогда премия, по крайней мере, сохраняла претензию на содержательность, остроту и социальную значимость, пусть даже сами поднимаемые темы часто вызывали вопросы и раскалывали фэндом. Я готов принять как победителя Хьюго, например, «Память, что зовётся империей» Аркади Мартин, при всем моем, в целом, отрицательном отношении к роману: его тяжело свести к чистой развлекухе — есть и работа со стилем, и относительно свежие фантдопы. Это текст, с которым можно спорить, но который требует от читателя известной эрудиции и готовности к языковой игре. Но наполучали наград и одномерные агитки «за все хорошее и против патриархата», на смену которым с неизбежностью пришла манная кашка на соевом молоке для самых маленьких (да, Киллербот, это камень в твой огород), литература, ставящая своей главной, а часто и единственной целью заботу о душевном комфорте читателя, старательно избегая любых острых углов, сложных тем и экспериментов с формой. Вот только подобная диета сильно портит вкус и мешает усвоению чего-то более сложного, требующего от читателя соучастия, сопротивления и труда.

разворот обложки подарочного издания

Именно поэтому в шорт-листах современных премий так мало фантастики и так много откровенно эскапистского фэнтези. Именно поэтому премируется и награждается не то, что заставило подумать, а то, что хорошо развлекло — с как можно большим количеством спецэффектов и вотэтаповоротов. Пиши ярче, пиши круче, пиши поверхностно, но с претензией. Роман у Ходжсон получился именно такой. «Развлекать» и «думать» не всегда антонимичные понятия, но акцент у нее смещен в известную сторону. Известная вилка (либо ты пишешь коммерческую книгу и получаешь чемоданы, либо ты пишешь интеллектуальную, сложную, визионерскую прозу — и получаешь уважуху, премии и место в пантеоне) постепенно размывается, и авторы коммерческой прозы отбирают себе и крупные премии. Интеллектуальная фантастика постепенно уступает место аттракциону, пусть он даже и первоклассный, премирование и награждение книг подобного толка — симптом, возможно, глубочайшего кризиса за всю историю жанра.

А книжка хорошая, советую почитать.