Ольга Машная могла и не появиться в фильме «Гардемарины, вперед!» и не сыграть одну из самых известных своих ролей. На роль Софьи Зотовой режиссер Светлана Дружинина поначалу рассматривала Марину Зудину, да и у самой Машной был уже сложившийся образ — она обычно играла нервных девчонок в современных драмах, была любимой актрисой Динары Асановой. Но случился форс-мажор (Зудина, по словам Машной, сломала ногу), Дружинина начала искать новую Софью — и юной актрисе повезло. К тому же эта работа помогла ей облегчить расставание с Валерием Приемыховым, её первым мужем.

Подобрали на улице

Машная попала в кино в возрасте 12 лет, и это было для неё избавлением. Она рассказывала про проблемную семью с пьющим отцом, про то, что мать больше внимания уделяла младшей сестре... Как итог — девочка часто сбегала из дома, бродила по улицам родного Ленинграда, где её и заметила сотрудница «Ленфильма» Эмилия Бельская, которая позвала найденыша в фильм с парадоксальным для Машной названием «Первые радости». Вскоре она познакомилась и с Асановой, у которой снялась в драме «Никудышняя». В 15 лет юная актриса вообще перебралась к Бельской — она говорила, что та вместе с Асановой заменила ей семью. Потом были и другие работы в кино, поступление во ВГИК после школы — для этого пришлось уехать на время в Москву. А потом были «Пацаны» всё той же Асановой, на съемках которых и начался бурный роман молодой Машной и уже опытного актера Приемыхова, который был на 20 лет старше своей избранницы.

Ольга Машная и Валерий Приемыхов в фильме «Пацаны», 1983 г. Фото: кадр видео «Во что вляпалась»

Вообще-то они встречались и раньше, когда оба работали у Асановой в фильме «Никудышняя», но та встреча ничем не закончилась. По воспоминаниям Машной, с Приемыховым всё случилось почти случайно, после очередной вечеринки съемочной группы — и обратно они возвращались уже почти семьей. Вскоре последовала и свадьба, но семейная жизнь оказалась совсем не такой, как она представляла. «Я не понимала, во что вляпалась», — рассказывала Машная в интервью. Она словно бы оказалась под колпаком, муж не отпускал её в магазин, требовал постоянного отчета... Она поначалу мирилась с этими требованиями, списывая их на ревность. Но потом через их отношения начали проходить трещинки и трещины.

Ольга Машная в фильме «Никудышняя», 1980 г. Фото: кадр видео Вернуть не пытался

Однажды Приемыхов избил супругу — то ли ему что-то наговорили за её спиной, то ли просто был не в духе. Он объяснял свою агрессию тем, что ожидал — она приедет к нему на съемки; Машная напоминала, что она учится, у неё репетиции выпускного спектакля, и она не может просто так всё бросить. Добавляли проблем и поклонницы актера, которых было много — особенно после фильма «Холодное лето пятьдесят третьего...»; они звонили Приемыхову домой, что-то говорили — а Машная снова закрылась в кокон: «Я не хотела знать о его любовных приключениях. Боялась, что не смогу пережить измены». Финалом стала потеря общего ребенка — после этого, по признанию Машной, в ней что-то надломилось, и она ушла. Актриса рассказывала, что надеялась — Приемыхов будет пытаться её вернуть. Но этого не случилось, и их семья распалась.

Ольга Машная и Валерий Приемыхов на съемках фильма «Милый, дорогой, любимый, единственный», 1988 г. Фото: РИА Новости «Он где-то рядом»

Именно в этот момент она начала сниматься в «Гардемаринах», где у неё случился служебный роман с Дмитрием Харатьяном — тот тоже переживал драму в личной жизни, и эти отношения и ему помогли прийти в себя. Но чем-то большим их роман так и не стал, а после съемок они просто расстались и пошли каждый своей дорогой. У Машной был ещё один короткий брак с певчим из церковного хора; в этом браке родился её сын Дмитрий.

Что удивительно — Машная и Приемыхов продолжали общаться. Актриса вспоминала о последнем разговоре с бывшим мужем, в котором тот просил запомнить его «здоровым, настоящим мужчиной». В конце 90-х у Приемыхова обнаружили опухоль головного мозга, он пытался бороться, но безуспешно... Скончался он в конце августа 2000 года; ему было лишь 57 лет. На похороны Машная не пошла — она вспоминала, что просто не было сил смотреть на гроб. А потом ей долго казалось, что «он все время где-то рядом».