Минприроды собирается повысить точность прогнозирования лесных пожаров и улучшить эффективность противопожарных работ с помощью нового ведомственного приказа. Вступивший в силу документ ввел новую систему классификации пожарной опасности для каждого из 42 лесных районов России. Оценка опасности определенных территорий зависит теперь от сезона: это, как поясняет Минприроды, позволит в ряде случаев экономить на противопожарных мероприятиях.

Новая классификация природной пожарной опасности лесов (от нее зависит планирование противопожарных мероприятий и финансирование) утверждена приказом Минприроды, который вступил в силу 27 июля 2026 года. До сих пор действовал классификатор, утвержденный приказом Рослесхоза 2011 года. В нем, как объясняли в Минприроды, не учитывались «зонально-географические» особенности лесных районов, что приводило к ошибкам в прогнозировании.

В новом документе опасность от пожаров разделяется на пять классов — от «низкой» до «очень высокой». Также введена система дифференцированной оценки опасности в зависимости от лесного района — всего их в приказе упомянуто 42.

К примеру, в Карельском северо-таежном районе к первому классу отнесены территории с хвойными молодняками и лишайниковыми сосняками, в Северно-таежном районе европейской части РФ — земли с лишайниковыми березняками. Для каждого из районов прописаны «индивидуальные показатели, которые помогут точнее оценить риск возгораний с учетом местных условий — типа леса, рельефа, влажности почвы, климатических особенностей», пояснил “Ъ” начальник управления охраны лесов от пожаров Рослесхоза Евгений Писаревский.

Также введена система оценки опасности в зависимости от динамики пожарного созревания (очередности высыхания горючих материалов) для каждого из районов. К примеру, в южно-таежных зонах пик пожаров приходится на весну, в районах с моховыми лесами — на лето. По этой логике, в частности, в карельской тайге земли с сильно ослабленными лесами, участками бурелома, сенокосами и травяными болотами относятся к первому классу опасности теперь только весной и осенью.

«В период снижения уровня угрозы возникновения и распространения пожаров возможно и снижение уровня охраны лесов, что позволит избежать излишних затрат (на противопожарные мероприятия.— “Ъ”)»,— поясняли в Минприроды.

Документ также указывает, для каких лесов класс пожарной опасности нужно повышать — например, для хвойных насаждений, чье строение «способствует переходу низового пожара в верховой», или для лесных участков на крутых склонах.

В министерстве надеются, что новый приказ повысит эффективность организации охраны лесов, обнаружения и тушения пожаров на таких территориях. Новая классификация будет вводиться постепенно по мере выполнения работ по лесоустройству.

Ранее в Рослесхозе отчитались о сокращении более чем вдвое площади лесных пожаров в весеннем сезоне 2026 года. Так, в ведомстве сообщали, что огонь прошел 1,15 млн га леса против прошлогодних 3,2 млн га. В Рослесхозе это связывали с тем, что пожары стали быстрее находить и лучше тушить. В ведомстве приводили данные, что средняя площадь обнаруживаемого пожара год к году уменьшилась почти вдвое (с 10,2 га до 5,5 га), а площадь «обслуживаемого» пожара — еще больше (с 1245 га до 510 га). Эксперты напоминали, что статистике могла помочь погода, ведь снег в некоторых регионах РФ лежал до мая (см. “Ъ” от 30 июня).

Учредитель Центра профилактики ландшафтных пожаров Григорий Куксин назвал приказ Минприроды одним из основных документов, определяющих «само понятие» пожарной опасности в лесах.

Эксперт отмечает, что в новом нормативном акте заложены «более точные ссылки на лесные районы, а не просто устанавливаются общие правила для всех».

Эксперт также обращает внимание, что документ не до конца учитывает особенности болотистых лесов, которые очень плохо горят в обычных условиях, при экстремальной жаре и засухе класс пожарной опасности для них должен быть самым высоким. Но эту особенность можно учесть в будущих приказах, считает господин Куксин.

Александр Воронов, Иван Буранов