Новое име в современой военной литературе.
Александр Байбак.
"Вука и Чернота"
Вука определённо был не самым большим везунчиком.
Понятное дело, он попал на войну, штурмовал, страдал, но так уж совпало, что он оказался весьма талантливым диверсантом. Поначалу в его задачи входило только забраться куда-то, навести шороху, уйти. Дальше его тройка начала уже полноценно занимать позиции, всяческими ухищрениями скрывая от врага факт перехода той или иной точки под наш контроль.
В тот раз им поручили завести группу других диверсантов в посадку, где вражеские наймиты устроили бойню среди зазевавшихся солдат, поотрезав головы бойцам. Просто завести… Легко сказать, вот только образ изуродованных лиц дальних знакомцев, когда они прибыли на точку вызывала тошноту и глухую ненависть.
Группа, которую они провожали тоже настроения не поднимала. По ним сразу было видно, что это хорошие спецы. Аккуратные, дисциплинированные, выносливые. Ни грамма лишней экипировки, полное понимание, разговоры только по делу. С кем бы они не пытались заговорить, все отмахивались, не шли на контакт.
Их старший, мутный тип с пафосным позывным Чернота, явно вхожий в окружение командования, вообще не общался, а когда добрались до места трагедии, абсолютно безразлично подошёл к развешенным на дереве головам солдат, буднично осмотрел, снял растяжки, о которых Вука даже не подумал бы, и начал со своим подчинённым снимать головы так, будто они просто срезали фрукты. Содрали с крюка, кинули в пакет, повторили.
– Мрази – Вука ещё и сам не понял, включил ли он в эту фразу мордоворотов Черноты или только хохлов, но один из диверсантов бросил на него взгляд и издал странный гортанный звук, в каком-то смысле похожий на усмешку.
– Что, с мертвечиной что ль церемониться? – голос у него был неприятный, гундосящий.
– Та я не вам. – Серёжа не стал накалять обстановку, но гундосый смежник всё прекрасно понял, мерзко ухмыльнулся и завязал пакет, в который складывал останки.
* * *
Серая зона место жуткое. Колоссальное пространство, заполненное ложью, подтасовками со всех сторон, сомнительными договорённостями, залитое кровью последствий чьих-то попыток выслужиться. Обе стороны пытаются обмануть друг друга, попутно обманывая и себя.
Нередки случаи, когда на разных концах посадки сидит по отделению враждующих сторон, искренне уверенные, что это свои.
Враг со всех сторон, свои тоже, практически нулевая видимость посреди «тумана войны». Серая зона мне видится чем-то подобным той самой «долине смертной тени» из псалма, где костлявая приходит внезапно, жестоко, и её силуэт всегда нависает над солдатами обеих армий.
Снабжение ногами здесь превращается в жуткую кавалькаду перебежек, пота, усталости и нервного напряжения. Невозможно ослабить бдительность, не обладая информацией о том, как сместились позиции врагов и друзей, полагаясь лишь на невесть когда обновлённые точки на электронной карте…
* * *
Вука сидел на нуле, ожидая возвращения группы Черноты. Ребята из его тройки унесли жуткие пакеты в тыл, а он и Чернота ждали возвращения группы. Его старания заговорить ни к чему не привели: Вука был осмотрен безразличным взглядом, получил в ответ тяжёлый вздох и оставил тщетные попытки, вперившись в поле через тепловой монокуляр.
Серо-чёрная картинка тоже особо не радовала глаз. Серёга откровенно скучал, но продолжал добросовестно осматривать пространство вокруг.
В какой-то момент ему показалось, что мешанина узоров в тепловизоре слегка изменилась с предыдущего осмотра. Он замер, вглядываясь, пытаясь понять, что видит. Невнятно промычал, привлекая внимание Черноты. Старший диверсант ещё до того, как посмотрел ответил ему.
– Не подавай виду, что их видишь. Смотри дальше в сторону. Стрелять не будут, им неизвестно что нас тут только двое.
– Давно они тут уже?
– Я минуты две назад увидел, четверых насчитал.
– Что делать?
– Тебе? Ничего. Ты хорошо смотришь. Вот и смотри себе.
Чернота поднялся, потянулся, демонстративно снял каску, прошёлся рукой по волосам, размялся, сел обратно, принял расслабленную позу, но Вука чётко услышал щелчок предохранителя «ВАЛа» (ВАЛ – специальный бесшумный автомат, индекс ГРАУ 6П30, калибр 9мм, длина с прикладом 875 мм, прицельная дальность с различными прицелами до 420 м., разработан во второй половине 80-х годов. –Ред.), будто случайно оказавшегося на коленях у бойца.
Тем временем, водя по полю монокуляром в обычном режиме, без теплака, Серёга в сумерках уже чётко различал четыре завёрнутые в пончо фигуры, явно рассчитывавшие добраться до них ровно к наступлению ночи. Дико, конечно, смотреть на охотящихся на тебя людей. Понимать, что они ползут убить тебя. Хотелось открыть огонь, разрушить это томительное ожидание, но Вука чётко следовал команде и изображал из себя дебила, впустую водящего взглядом по полю.
– Чернота. Можно вопрос?
– Чего тебе?
– У меня глюки или в поле ещё…
– Да. Не паникуй, просто веди себя как будто всё хорошо.
* * *
Диверсант полз к посадке, где они давеча устроили казнь, а теперь сидели в дозоре, а на виду у него торчали два вальяжных идиота с умным видом осматривающие поле, и не видящие у себя прямо под носом подбирающуюся смерть. До них оставалось каких-то метров 200, когда рука противника опустилась не на сырую землю, а провалилась в приямок, накрытый… тканью?
* * *
В теплаке выглядело так, будто диверсанта резко затянули под землю. В тот же момент из других укрытий выскочило по несколько бойцов, накинувшихся на остальных диверсантов. В ход пошли удары прикладами, удавки, удары ногой в лицо, переломы локтей. Мощно, жёстко, настолько последовательно, что у Вуки это вызвало ассоциацию, будто бойцы Черноты назубок выучили список действий и по пунктам выполняют его. Обезоружить, прижать к земле, удар тяжёлым бёрцем в лицо, сразу же удар прикладом по голове, перелом правой руки, перелом левой руки, удавка на шею и потащить к посадке. Аж мурашки по коже. Не далее, как через три минуты, стонущих пленников заволокли в блиндаж. Стонали не все.
– Один сдох, – из-под маски донёсся знакомый гундосый голос. – Прости начальник, сильно его приложил по голове, – боец раздражённо пнул бездыханное тело, – везунчик хренов.
– Ну, значит, оставь им посмотреть. Привести этих чмошников в чувство, чтоб говорить могли. Обезбол, если надо, их же вколите, только не весь. Снарягу перебрать, полезное рассортировать, личные вещи мне.
* * *
Трое пленников были разные. Вука мельком заглянул в закуток с ними. Один хорохорился, гордо смотрел в глаза Черноте и гундосому, хотя периодически кривился от боли. Другой в ужасе смотрел на труп сослуживца, брошенный ему на колени третий постанывал и бредил.
– Итак, – начал Чернота, – у нас есть два варианта развития событий. Хороший: вы отвечаете мне на простые вопросы, а именно, где ваше подразделение, сколько вас и как работают патрули и вас оставляют в покое. И плохой. Я бы предпочёл плохой, но заверяю вас, он очень болезненный.
Таким живчиком Вука не видел командира диверсантов. Он прям раззадоренно описывал, что товарищ рядом с ним – это на гражданке очень неплохой реаниматолог с полной сумкой лекарств, специально подобранных так, чтоб как можно дольше держать человека живым и в сознании. Что он очень ждёт ответа пленников.
– Иди ты на.., москаль! – хорохорящийся попробовал плюнуть в Черноту, но плевок противно повис на губах, и пленник скривился, обнажив осколки передних зубов.
– Отличный выбор! – Чернота торжественно хлопнул в ладоши, резко поднялся.
Вука не любил допросы. Ясное дело, это нужно кому-то делать, но всё же ему претило подобное, так что он благоразумно свинтил к себе в нору.
* * *
Несколько дней спустя, Вука сидел в блиндаже, грустил, смотрел какой-то несмешной сериал с закадровым смехом. На экране телефона высветилось оповещение от Кола. «Зайди». Коротко и безапелляционно, обычно так вызывали перед задачей.
Блиндаж командира находился на окраине лагеря, слегка даже на отшибе. Уютное просторное обиталище, где жил Кол и параллельно собирались командиры отделений на совещания. В углу гудела печка, а сам хозяин сидел в майке и шароварах с комично смотрящимися на его огромном лице очками и настукивал что-то на клавиатуре своего любимого уставшего ноутбука.
Кол жестом пригласил Вуку присесть и продолжил стучать толстыми пальцами по кнопкам.
Минут десять Сергей молча прождал, пока Кол наконец не выдохнул, клацнул мышкой и захлопнул крышку компьютера.
– Тааааак – протянул здоровяк и устало протёр глаза – ну рассказывай.
– Что рассказывать?
– Ну как же. Всё выкладывай.
– Блин Кол, че ты как девка жеманная? Че случилось?
– Эхе. Грамотно дурачка включаешь! Ну, поведай мне Серёженька, чем это я тебя так обидел, что ты за спиной подсуетился и сбежать из подразделения удумал?
Вуку как ушатом ледяной воды облили.
– Чёё?
– Не чёкай мне тут! – Кол сердито зыркнул на него и выудив из-под стола файлик протянул Серёже. – на вот, приказ о переводе подписан, наслаждайся! Только вот я не пойму знаешь чего? Почему к ним? Я бы только рад был отправить тебя в тыловые подразделения какие-нибудь. Правда, вот не дадут соврать, когда солдаты суетили и переходили в тылы, я им на прощание руки жал только! Но к Черноте?! Я понимаю, у тебя работа сложная… Не перебивай! Сложная, значит работа у тебя, да, но не могла же она тебя в одночасье любителем карательных процедур сделать, а? Вот ответь нахера туда?
Офигевший от новостей и наезда Вука нервно изучал выписку из приказа о его переводе, не понимающе переводил взгляд на начальника тупо мычал и пытался сформулировать мысль. Получалось вяло.
– Это… Кол я не… Я не просил о переводе. Я, наоборот, эта… Хотел подальше от них. Они крутые, спору нет, но странные все и жуткие.
– В смысле «не хотел»? А вот это всё само собой появилось?! – командир ткнул пальцем в листок, который Вука мял в руках.
– Шеф, я тебе правой рукой клянусь, я не просил и вообще речи об этом не шло!
Кол поменялся в лице. До этого сердитое, немного расстроенное и какое-то разочарованное оно на секунду потеряло всякое выражение, Кол походу ловил связь с космосом. А потом его лицо резко побагровело, глаза нехорошо прищурились.
– Ясно всё с вами. На ключи, иди грей ниву мою. Прокатимся.
Кол водил как араб. Благо соблюдение ПДД так близко к передовой контролировать некому, так что его агрессивная манера езды была даже кстати. Здоровяк крутил баранку посылал в пешее эротическое постовых, требовавших пояснить цель передвижения, глухо матерился и клялся «проломить голову мазаному уроду».
Лагерь людей Черноты был под стать его хозяевам. Аккуратный, тщательно замаскированный, издалека выглядел как несколько холмиков, присыпанных сором. Кол фурией влетел в блиндаж, оставив Серёжу в одиночестве наверху, впрочем, ненадолго.
– Че встал как истукан? Заходи резче! – донеслось снизу.
Блиндаж был впечатляющим. Вука, хоть и сам довольно дисциплинированный, с удивлением оглядывал идеальный порядок, царивший внутри. Аккуратно убранные спальные места, ровные стопки личных вещей. До абсурда чистый дощатый пол. И жители. Тихо сидящие на лавках вдоль стен, мертвецки спокойные, бросающие мрачные взгляды на гостей.
И посреди блиндажа, напротив набычившегося Кола стоял Чернота с лицом, выражающим лёгкое раздражение.
Кол без прелюдий начал орать. Темпераментный великан высказывал все. И с какого перепугу его бойца без его согласия забирают, потом прошёлся по вхожести Черноты в близкий круг командования, в ярких красках пояснил на каких местах он крутил хотелки диверсанта и под конец тирады, слегка успокоившись, твёрдо заявил, что Чернота может хоть всю жизнь стоять раком, но ни один из его бойцов против собственного желания не будет переведён к нему в подразделение.
Чернота почти всю речь слушал с видом отрешённым, игнорируя выпады великана, но вот на крайнюю фразу среагировал:
– Желания, Кол? Какие такие желания бойца?
– Он не хочет к тебе и всё тут.
– А я его не спрашиваю, у тебя он губит свой потенциал, у меня же, он будет работать с лучшим КПД. А чего он хочет мне не важно, я вижу, что он не реализовывается на сто процентов. Ты же не хочешь, чтоб вещи работали лишь на половину.
Кол впал в ступор. Попытался что-то сказать, замялся. Вука впервые видел командира таким ошеломлённым и таким взбешённым.
– Чёрный. Ты ебанулся? Какие «вещи»?! – Кол двинулся к командиру диверсантов. – Какой, нахер, КПД?! Они люди, живые и несчастные! Ты о чём вообще, какая эффективность ты какого ляда говоришь о моём человека как о ссаном станке?!
Кол дёрнул Черноту за шиворот, диверсанты ожидающе глянули на своего начальника, но тот вальяжно махнул рукой, и местные жители расслабились.
– Ты рассуждаешь в категориях, которым здесь не место, Кол. Здесь война. Работаешь на все сто или…
Черноту прервал шум от входной двери и в блиндаж ввалился запыхавшийся худощавый дядька в чистой форме в сопровождении двух амбалов. Вука видел его разок: адъютант командира полка.
– Отставить! Бойца прекратить! Отпусти его! – голос у адъютанта несмотря на худобу был знатный. Командирский.
Кол послушался, злобно зыркая на Черноту.
– Какого хрена, весь полк на ушах? – продолжил адъютант – Почему мне с постов докладывают, что командир штурмового взвода едет на расправу к ДРГшникам? Вы вообще берега попутали? Закон вам, оглоблям, не писан?! Схера я должен подрываться и ехать вас разнимать? А? ОСЛЫ! Вы какой пример личному составу подаёте, долбоебы?! ВСЕ КОНФЛИКТЫ РЕШАТЬ В ССАНОМ УСТАВНОМ ПОРЯДКЕ!
– Не ори. – Кол прочистил ухо – Вы почему моего бойца забрать у меня разрешили?
– А тебе какое дело? Есть приказ, пусть выполняет.
Вука поджилками ощутил, что вечер перестаёт быть томным окончательно и попробовал вмешаться:
– Кол, может ну его, переводят пусть… всё, молчу, молчу. –командир глянул на него взглядом в котором шла бегущая строка «ЗАТКНИСЬ».
– Слушай сюда, ты, мальчик на побегушках – процедил рыжий – Мой солдат никуда не пойдёт, пока сам не захочет. – он достал из кармана выписку из приказа и медленно порвал на глазах у обалдевшего штабиста.
– Ты совсем страх потерял, Кол! За самоуправство будут последствия!
По блиндажу пронёсся неприятный гаркающий звук. Скрипучий. Надсадный. Чернота абсолютно искренне смеялся.
– Какие последствия? Что ты, человек в офиске на передовой можешь ему или мне сделать?! В шторма перевести? Из штормов?! Мы и так, маленький человек, ходим туда, куда не пойдёт никто! Куда хуже этих мест ты можешь нас отправить?!
Вот от этого адъютант стушевался. Действительно, что он может противопоставить людям, у которых осталась только жизнь, которой они рискуют на ежедневной основе и чувство собственного достоинства. Ещё больше риска? Это невозможно, как запихнуть 25-й час в сутки, просто невозможно.
– Езжай обратно, штабной, пожалуйся на меня и отменяй приказ. Или пиши новый, объясняйся как хочешь, я всё поясню. А с этим – Кол кивнул на Черноту – мы свои конфликты сами решим, без сопляков.
Когда они покидали блиндаж, Чернота окликнул Кола.
– Ещё раз на меня руку подымешь, я отвечу.
– Не сомневаюсь. Ещё раз попробуешь моего человека увести, подниму.
Они уселись в машину, Вуке было неспокойно, и он невзирая на строгий запрет командира курить в его ниве достал сигарету.
– Не нервничай, Серый, не заберут тебя. – Кол проигнорировал облако дыма, которое выпустил подчинённый.
– Точно?
– Да, им такой мороки не надо, я хоть и не такой мазаный как эти вот, но вес имею, да и результатов у нас с вами больше, хоть и не таких, как у Чёрного.
– Спасибо, что впрягся.
– Да говно вопрос. Я вас на смерть веду или не я в конце концов. Мне за вас отвечать.
| # | Наименование новости | Тональность | Информативность | Дата публикации |
|---|---|---|---|---|
| 1 | 8. Призыв Мы снова поперлись в их военную часть, уже ... | 0 | 8.61 | 22-07-2026 |
| 2 | Анонимно. 58‑я армия, 19‑я дивизия, 503‑й полк, 2‑й батальон, З‑рота, ... | 0 | 3 | 19-07-2026 |
| 3 | 58‑я армия, 19‑я дивизия, 503‑й полк, 2‑й батальон, З‑рота, 1‑й ... | 0 | 5 | 07-07-2026 |
| 4 | 58‑я армия, 19‑я дивизия, 503‑й полк, 2‑й батальон, З‑рота, 1‑й ... | 0 | 5 | 12-07-2026 |
| 5 | 📝 Записки бойца Обычный человек как одевается? Трусы, носки, джинсы, ... | 0 | 5.55 | 26-07-2026 |
| 6 | 📝 Записки бойца Обычный человек как одевается? Трусы, носки, джинсы, ... | 0 | 5.55 | 22-07-2026 |
| 7 | 📝 Записки бойца Обычный человек как одевается? Трусы, носки, джинсы, ... | 0 | 5.55 | 26-07-2026 |
| 8 | СИЛА ВЕРЫ ВСЕ МАТЕРИАЛЫ ГРУППЫ НЕ ИМЕЮТ ОТНОШЕНИЯ К РЕАЛЬНЫМ ... | -5 | 5 | 19-07-2026 |
| 9 | Обычный человек как одевается? Трусы, носки, джинсы, футболка — и ... | 0 | 5.28 | 26-07-2026 |