Не менее четырех ударов. Кровоизлияние в мозг. Десять лет тюрьмы. История гибели проводника Серкана Чалара получила судебный финал, но не политический. Теперь железнодорожники требуют от властей поставить свою точку — прежде чем на красный встанут поезда.

Когда оскорбления становятся частью рабочей смены, а встреча с агрессивным пассажиром — почти профессиональным риском, проверка билетов превращается в испытание на прочность. В EVG считают: власти слишком долго наблюдали за этой проблемой с безопасного расстояния.

Красный сигнал

Профсоюз железнодорожников и транспортников EVG потребовал до конца 2026 года внести в бундестаг законопроект об ужесточении наказания за нападения на поездной персонал. Иначе уже с января 2027–го под угрозой может оказаться региональное сообщение по всей Германии. Глава EVG Мартин Буркерт обвиняет федеральное правительство в бездействии. После гибели Чалара политики выражали соболезнования, обещали защиту, обсуждали меры. Но дальше слов, по его мнению, дело не пошло. «Политики забыли Серкана. Мы — нет», — заявил Буркерт.

Смертельный билет

Вечером 2 февраля 36–летний Серкан Чалар проверял билеты в региональном экспрессе неподалеку от Ландштуля. Один из пассажиров ехал без проездного и отказался предъявить документы. Проводник попросил его выйти на ближайшей станции. В ответ мужчина не менее четырех раз ударил железнодорожника — в подбородок, грудь и голову. Чалар потерял сознание и через два дня умер в больнице от кровоизлияния в мозг. У него остались двое детей. В июле земельный суд Цвайбрюккена приговорил 26–летнего нападавшего к десяти годам лишения свободы за причинение телесных повреждений, повлекших смерть. Умысла на убийство суд не установил. Приговор вынесен. Но главный вопрос остался: почему обычная проверка билета может стоить человеку жизни?

Кулаки по графику

Только за первое полугодие 2026 года DB Regio зарегистрировала 989 нападений на персонал — на 14% больше, чем годом ранее. В 781 случае речь шла о побоях, толчках и плевках, в 185 — о попытках причинить физический вред. Еще 22 железнодорожника получили серьезные травмы. По полицейской статистике, с января по май работников отрасли атаковали в среднем 5,5 раза в сутки. Deutsche Bahn приводит более широкие данные: за 2025 год в концерне произошло свыше трех тысяч инцидентов — около восьми ежедневно. Разница объясняется методикой подсчета: полиция учитывает зарегистрированные правонарушения, компания — более широкий круг происшествий. Опрос EVG среди четырех тысяч работников дополняет картину. Половина респондентов сталкивалась с физическим насилием, а 85% тех, кто непосредственно работает с пассажирами, — с оскорблениями или угрозами. Две трети чувствуют себя все менее защищенными, почти каждый третий задумывается об увольнении. Круг замыкается: агрессия выдавливает людей из профессии, кадров становится меньше, оставшиеся чаще работают без поддержки — и оказываются еще уязвимее.

Жилет вместо напарника

После гибели Чалара представители Deutsche Bahn, федеральных земель и профсоюзов обсудили экстренные меры безопасности. В списке — дополнительные охранные подразделения, тревожные кнопки, нагрудные камеры и обучение действиям при конфликтах. Проводникам намерены выдавать защитные жилеты, мобильным группам — шлемы. На отдельных маршрутах контролировать билеты собираются командами по шесть–восемь человек. С октября в регионе Рейн — Неккар — Пфальц начнут испытывать нагрудные камеры, записывающие изображение и звук. После двухмесячного теста систему планируют распространить на другие регионы. Но главное требование EVG — минимум два работника в каждом региональном поезде — пока не выполнено. Земли не хотят брать на себя новые расходы, Берлин не спешит закрывать финансовую брешь. Маршрут ответственности знакомый: федерация кивает на земли, земли — на перевозчиков, перевозчики — на бюджет. А проводник остается один на один с чужой агрессией.

Берлин, конечная?

Министр юстиции Штефани Хубиг еще в феврале обещала рассмотреть возможность включения железнодорожников в законопроект о защите представителей особо уязвимых профессий. Повышенную ответственность за нападения предполагалось распространить не только на спасателей, пожарных и медиков, но и на поездной персонал. Однако до бундестага обновленный документ так и не добрался. Теперь производственные советы DB Regio и частных региональных перевозчиков могут отказаться согласовывать январские рабочие графики. Без утвержденных смен под угрозой окажутся тысячи рейсов и ежедневные поездки миллионов людей. Председатель производственного совета DB Regio Ральф Дамде предупреждает: политическая остановка может обернуться остановкой поездов. Есть и юридическая коллизия. Забастовки в Германии обычно связаны с тарифными требованиями к работодателю, а не с давлением на законодателя. Поэтому спор способен перекочевать с вокзалов в трудовые суды. До конца года у правительства еще есть время. Но даже самый суровый закон не заменит напарника в вагоне и не остановит уже занесенный кулак. Наказание приходит после нападения. Защита должна появиться раньше. Иначе следующей станцией действительно может стать тупик. 

Об этом говорит Германия: 

Германия — Кто смотрел за доктором? Суд рассмотрит дело бывшего педиатра, а клиникам придется объяснить, почему не сработал принцип «четырех глаз»

Германия — Не навреди — и не скрой. Почему доказать врачебную ошибку бывает сложнее, чем пережить ее последствия

Германия — Крыша едет вправо. АдГ предлагает «мыслить по–немецки», а культурные институты отстаивают право искусства не соглашаться с властью

Германия — Касса открыта — зарплата закрыта. Оклады руководителей Sparkasse растут быстрее, чем зарплаты их коллег в других отраслях

Германия — Достучаться до тюрьмы. С дебоширом связывают более 200 правонарушений — после условного срока он получил три с половиной года за решеткой

Германия — Сделал ИИ — пошел к психотерапевту. Алгоритм научился оценивать риск депрессии за четыре года до симптомов, а его создатели — придумывать названия собственным страхам

Германия — Готовь газ летом. Старая пословица на новом рынке дала сбой: топливо есть, но запасать его впрок слишком дорого

Германия — С глаз долой — из ведомости вон. Почти 9000 депортаций сорвались за полгода — ХДС/ХСС предлагает лишать выплат тех, кто скрывается от властей

Германия — Пять наркозов — одна катастрофа. Суд выясняет, почему анестезиолог медлил с госпитализацией детей и может ли десять с половиной лет обернуться пожизненным сроком

Германия — Семь раз прочти — один подпиши. За одну комнату борются десятки претендентов, а победителя ждет договор с сюрпризом

Германия — Пятый евро — кредитору. К 2030 году расходы страны на обслуживание займов могут приблизиться к 81 млрд евро в год

Германия — За двумя креслами погонишься…. Совмещение министерских и партийных постов поставило руководство SPD под двойной удар