В Музее артиллерии в Санкт-Петербурге есть картина художника Алексея Кившенко «Нижегородские драгуны, преследующие турок по дороге к Карсу во время Аладжинского сражения 3 октября 1877 года»: на холмистой местности, покрытой сухой травой и камнями, идёт бой с турками. Оказалось, Нижегородский полк в реальности никогда в Нижнем не квартировал, зато стал самым заслуженным в императорской армии. И служили там известнейшие люди своего времени — родной брат Пушкина Лев Сергеевич, Михаил Лермонтов, к полку был приписан император Александр II. Подробнее о «нижегородских» драгунах — nn.aif.ru.

Император себя записал в полк

17-й драгунский Нижегородский Его Величества полк изначально носил название драгунского Морелия полка — в честь первого командира. Привязку к Нижнему Новгороду он получил в 1708 году по инициативе Петра I. Царь стремился избежать путаницы в названии полков — прежде они могли называться в честь географических мест и иметь к ним прямую привязку, потому что солдат набирали именно из тех мест.

При Петре I полки стали, как правило, называть в честь городов, губерний, уездов, а иногда и рек чисто символически. Поэтому Нижегородский драгунский полк в Нижнем Новгороде не квартировал и не формировался.

А история полка очень интересна: «нижегородцы» участвовали во всех значимых войнах Российской империи. Дрались со шведами и участвовали в Прусском походе во время Северной войны, бились с Пруссией в годы Семилетней войны, а в конце XVIII века отличились при штурме Анапы, которая тогда была турецкой крепостью. С 1830 года полк 15 лет находился в Кахетии (Грузия): охранял Лезгинскую линию и ходил в экспедиции против горцев.

Драгуны собрали все коллективные награды, которые только могли быть, и стали самым заслуженным полком императорской армии. У полка были Георгиевские штандарты с надписью «За отличие в Персидскую войну» за 1826-й, 1827-й и 1828 годы, Георгиевские серебряные трубы, знаки на кивера с надписью «За отличие».

По окончании Кавказской войны на военном смотре в Царском селе император Александр II сказал «нижегородцам»: «А для вашего полка я не мог найти награды: все награды вы уже заслужили своими подвигами. Я мог только записать себя самого в ваш полк».

Два Раевских

Генерал Николай Раевский-старший, участник Отечественной войны 1812 года, командовал 17-м Нижегородским драгунским полком до неё, в 1794-1797 годах, участвовал в боевых действиях на Кавказе и взятии крепости Дербент. Затем император Павел прекратил войну и распустил многих командиров, служивших при его матери Екатерине II, в том числе и Раевского.

Н. Н. Раевский — командир Нижегородского драгунского полка. 1790-е гг. Фото: Commons.wikimedia.org

Судьба вернула фамилию Раевского в историю полка в 1826 году, когда командование принял Николай Раевский-младший. До назначения он находился под следствием по подозрению в косвенной связи с декабристами, но был полностью оправдан.

Вскоре Николай Николаевич вместе с подчинёнными открыл одну из ярких страниц в истории «нижегородцев». Шла Персидская война. 5 июля 1827 года драгуны под командованием Раевского-младшего дважды атаковали персидскую кавалерию, лично Николай Николаевич с однополчанами захватил вражеские стандарты. За это его наградили Орденом святого Георгия четвёртого класса.

Но заслуги сыграли с командиром злую шутку. Он вызвал неприязнь у Ивана Паскевича, командующего русскими войсками в период русско-персидской войны. Вновь пошли обвинения в связях с декабристами, и вскоре Раевский-младший был отстранён от командования полком.

Эта история всё же не смогла испортить доброго имени Николая Николаевича. В 1838 году император Николай I пожаловал ему чин генерал-лейтенанта, позже — орден Белого Орла. Но с этими событиями Нижегородский драгунский полк уже никак не будет связан.

«Мы оплакивали его как умершего»

Брат «солнца русской поэзии» Александра Сергеевича Пушкина Лев Сергеевич не был заговорщиком, но 14 декабря 1825 года пришёл на Сенатскую площадь и оказался в кругу восставших.

Вильгельм Кюхельбекер, друг Александра Пушкина, член Северного общества, заметил Льва на площади. В руках у Кюхельбекера был палаш, отнятый декабристами у жандарма. Этот палаш он передал Льву Сергеевичу, фактически вооружив его. Потом Льва подвели к Александру Одоевскому, который был одним из строевых начальников восстания, и Кюхельбекер предложил «принять молодого воина в ряды».

История с палашом всплывала во время допросов Кюхельбекера, но ни во что существенное не вылилась. Лев якобы куда-то дел палаш, а на площади, говорит, появился из одного ребяческого любопытства.

Через два года после восстания Лев Пушкин поступил в Нижегородский драгунский полк юнкером — нижним чином. Полком как раз командовал младший Раевский, шли русско-персидская и русско-турецкая войны. За отличие в боях был произведён в звание прапорщика. Однако вскоре он перевёлся в другой полк.

Александр Пушкин создал версию, будто брат пошёл в Нижегородский полк, разочаровавшись в жизни. Однако историки считают, что большую роль тут сыграло именно восстание декабристов. В качестве подтверждения приводят письмо Софьи Дельвиг, супруги друга великого поэта: «Я была прервана нашим дорогим Львом Пушкиным, который пришёл попрощаться с нами: он поступил в один драгунский полк и отправляется к нему в Грузию, чтобы сражаться с Персиянами <...> мы оплакиваем его как умершего. Он тоже много плакал, а ты знаешь, что значат слёзы мужчины, особенно такого, как он, который никогда не пролил и слезинки».

Но умер Лев Сергеевич гораздо позже, в 1852 году, и не от пули, а от водянки.

Рядовой декабрист

А вот Александр Одоевский был наказан за восстание декабристов по полной. С 1821 года в Конном лейб-гвардии полку он дослужился до корнета — низшего офицерского чина в кавалерии, а в 1825 году вступил в Северное общество, участвовал в восстании декабристов.

Александр Одоевский. Фото: Commons.wikimedia.org

За участие в восстании Одоевского отправили на каторгу на 12 лет, позже срок урезали до восьми. Но скоро он получил облегчение, переехал на казённые поселения и построил дом в селе Елань Иркутской губернии.

Александр Иванович происходил из богатой семьи, и его отец Иван Сергеевич, поддерживал его деньгами. По ходатайству батюшки, поддержанному Паскевичем, Одоевского перевели на Кавказ — рядовым в Нижегородский драгунский полк.

Здесь он сблизился с поэтом Михаилом Лермонтовым. Впоследствии Лермонтов посвятил другу стихотворение, написанное уже после смерти Одоевского.

Александр Иванович умер от лихорадки на берегу Чёрного моря. Тогда на побережье было много малярийных болот...

Михаил Юрьевич так писал о смерти друга:

Болезнь его сразила, и с собой
В могилу он унёс летучий рой
Ещё незрелых, тёмных вдохновений,
Обманутых надежд и горьких сожалений!

Драгун Лермонтов

Михаил Лермонтов за «непозволительное» стихотворение «Смерть поэта» указом Николая I от 27 февраля 1837 года был переведён в Нижегородский полк в звании прапорщика. Из полка, как пишет поэт, он «непрерывно странствовал то на перекладной, то верхом «по казённой надобности», проехал всю цепь укреплений, Кавказскую линию от Каспийского моря по Тереку и затем по Кубани до Чёрного моря.

Автопортрет Михаила Лермонтова в форме 17-го Нижегородского драгунского полка. Фото: ru.wikipedia.org

Красота Кавказа его впечатлила. Именно во время службы в Нижегородском полку он начнёт писать пейзажи, которые по возвращении в Петербург подарит друзьям. Одна из картин, «Кавказский вид возле селения Сиони», хранится в Государственном Лермонтовском музее-заповеднике «Тарханы». Служба в полку стала для поэта периодом особенного вдохновения — он создал роман «Герой нашего времени» и новую редакцию поэмы «Демон». В журнале «Современник» в те годы вышло его «Бородино». В дни пребывания в Тифлисе в ноябре 1837 года Михаил Юрьевич записал восточную сказку «Ашик-Кериб». Вскоре поэта хлопотами бабушки Елизаветы Арсеньевой перевели в лейб-гвардии Гродненский полк.

Но испытать себя в сражениях там Лермонтов не успел: «Я приехал в отряд слишком поздно, ибо государь нынче не велел делать вторую экспедицию, и я слышал только два, три выстрела; зато два раза в моих путешествиях отстреливался».

Картина Лермонтова «Кавказский вид возле селения Сиони». Фото: Государственный Лермонтовский музей-заповедник "Тарханы"

Лермонтов не хотел расставаться с Кавказом. Писал, что если бы не бабушка, остался бы в Нижегородском полку.

Служба там была для него недолгой. Но поэт написал свой известнейший автопортрет именно в форме 17-го Нижегородского драгунского полка, ещё раз прославив его на столетия...