Фроловский городской суд рассмотрел иск индивидуального предпринимателя к наследникам умершей заемщицы. Кредитор требовал взыскать с пятерых детей должницы, включая несовершеннолетних, более 270 тысяч рублей – проценты и неустойку по кредиту, оформленному еще в 2014 году.

Как следует из материалов дела, в 2014 году женщина заключила кредитный договор с банком. В 2017 году на основании судебного приказа с нее была взыскана задолженность в размере 118 102 рублей. В феврале 2018 года должница скончалась. В 2025–2026 годах право требования по этому долгу через цепочку договоров цессии перешло к ИП.

Новый кредитор обратился в суд с иском к наследникам. Однако ответчики заявили о пропуске срока исковой давности.

Судом установлено, что исполнительное производство в отношении женщины было окончено в июне 2018 года из-за невозможности взыскания и впоследствии уничтожено. Трехгодичный срок предъявления исполнительного документа к исполнению истек в июне 2021 года. При этом первый взыскатель не предъявлял исполнительный лист повторно и не принимал мер по защите своих прав. В свою очередь, ИП при заключении договора цессии не убедился в наличии действующего права предъявления исполнительного листа к исполнению и не предоставил суду доказательств этого.

Поскольку срок по основному требованию пропущен, истёк срок исковой давности и по дополнительным требованиям — процентам и неустойке. Ходатайств о восстановлении срока не поступало, поэтому суд признал требования необоснованными.

Решением Фроловского городского суда в удовлетворении исковых требований ИП к наследникам умершего должника отказано в полном объеме. Решение в законную силу не вступило.