Накануне выборов 1958 г. ТАНУ сумел встать во главе общенационального фронта борьбы за независимость. Быстрый рост численности ТАНУ свидетельствовал о его авторитете в стране. Но в то же время он и осложнял деятельность партии, делал ее более аморфной, усиливал опасность появления фракционности. Единства не было даже по главному вопросу — об участии в выборах.

[159]

Еще в 1956 г. съезд партии принял решение добиваться от властей официальной даты провозглашения самоуправления. Власти прибегли к тактике уступок, которые, создавая видимость перемен в управлении, на деле способствовали упрочению контроля Англии. Был расширен состав Законодательного совета. В 1955 г. комиссия Маккензи рекомендовала ввести выборность как Законодательного, так и Исполнительного совета. На предстоящих первых выборах для избирателей были установлены жесткие избирательные цензы: три года пребывания в стране, из них шесть месяцев — проживание на территории избирательного округа; минимальный возраст 21 год; образование восемь классов, или доход в 150 фунтов стерлингов, или пребывание на правительственной службе [439, с. 37]. Вводился принцип паритетного представительства. При такой системе каждый избиратель должен был голосовать сразу за трех кандидатов. В 1957 г. губернатор объявил, что первые выборы в Законодательный совет назначены на 1958—1959 годы.

ТАНУ сразу выступил против этой системы, выдвинув требование всеобщего избирательного права, и решил бойкотировать выборы [96, с. 45—47]. От имени народа Танганьики и ТАНУ Дж. Ньерере изложил эти требования в Совете по опеке. Но вскоре часть лидеров партии сочла решение о бойкоте ошибочным, так как оно лишало ТАНУ возможности участвовать в администрации и влиять на ее работу. В пример приводилась тактика Народной партии конвента в Гане. Дж. Ньерере присоединился к этому мнению и направил в Найроби П. Бомани, чтобы тот проконсультировался по этому вопросу с Т. Мбойей — видным кенийским политическим и профсоюзным деятелем. Мбойя поддержал идею участия в выборах. Но многие лидеры ТАНУ по-прежнему выступали за бойкот. Разногласия в отношении выборов создали в партии напряженную обстановку, грозившую расколом.

Пересмотреть решение о бойкоте мог только съезд партии. Съезд было решено провести с 21 по 25 января 1958 г. в Таборе. Но еще до съезда Дж. Ньерере в своем выступлении в Букобе призвал членов ТАНУ регистрироваться для участия в выборах в индивидуальном порядке. Он говорил, что участие в выборах может принести ТАНУ только пользу. Эту же точку зрения поддержал исполнительный секретарь ТАНУ Э. Кисенге в циркуляре, разосланном отделениям.

На съезде Э. Кисенге огласил повестку дня, состоявшую из 60 пунктов. Основными были: участие в выборах, централизация руководства в масштабах всей страны, устав партии, членство представителей других расовых групп, дата предоставления самоуправления, профсоюзы, Молодежная лига ТАНУ, проблемы образования, ежегодные районные и областные конференции. Председателем съезда был избран Мвалиму Кихере. Было решено, что право голоса по всем обсуждавшимся вопросам будет предоставлено лишь одному делегату от 

[160]

каждой районной организации, т. е. согласованное решение каждой районной организации доводится до сведения делегатов ее руководителем [81, с. 136—139].

Самые острые споры развернулись по вопросу об участии а выборах. Многие делегаты высказывались за продолжение бойкота. Это были X. Тумбо, А. Сминдаи, С. Мтаки, Дж. Мвакангала, Р. Вамбура, 3. Мтемву, М. Санга, Б. Myнанка, А. Кандоро и др. Их выступления носили экстремистский характер и были направлены на отказ от сотрудничества с неафриканским населением. Они полагали, что и без этого сотрудничества под давлением африканского большинства администрация пойдет на уступки и что их тактика будет способствовать укреплению чувства собственного достоинства у африканцев и объединению их на основе принципа расового единства [83, с. 53—54; 477, 6.07.1968].

Сторонники же участия в выборах — Дж. Ньерере, П. Бомани, Р. Кавава, О. Камбона, Э. Кисенге, А. М. Б. Баронго, М. Кихере и др.— добивались пересмотра принятого раньше решения Национального исполкома. Они говорили, что хотя ТАНУ не согласен с условиями выборов, участие в них позволит ему войти в администрацию. По их мнению, отказ от выборов был равнозначен самоизоляции, свертыванию работы партии. Были моменты, когда разногласия настолько обострялись, что лишь умелое руководство председателя съезда М. Кихере спасало партию от раскола. Голосование положило конец дискуссии: большинство участников проголосовали за участие в выборах и выдвижение кандидатов ТАНУ от всех расовых групп [83, с. 169; 81, с. 139—140].

На съезде в Таборе было заявлено: несмотря на то что ТАНУ пока не будет принимать в свои ряды представителей неафриканцев, партия намерена последовательно проводить в жизнь политику тесного сотрудничества африканского большинства с другими расовыми группами. Участники съезда подчеркивали, что ТАНУ нуждается в помощи европейских поселенцев и индийцев, особенно в проведении в жизнь тех требований, которые затрагивают интересы развития всего общества. Было решено также приглашать на съезды партии делегатов Молодежной лиги и ввести в Национальный исполком двух представителей Федерации труда. Осознавая важность политического образования, съезд принял решение о строительстве партийного колледжа. Предполагалось превратить его в народную стройку. Съезд постановил, что ТАНУ выделит на строительство 85 тыс. шилл., а затем проведет общенациональную кампанию по сбору средств [81, с. 142, 148—152].

После съезда, выступая на 20-тысячном митинге в Таборе, Дж. Ньерере сообщил об основных его решениях, доходчиво разоблачил маневры колонизаторов в вопросе о предоставлении самоуправления. Очень часто, говорил он, колонизаторы обосновывают достижениями своих стран в образовании, куль-

[161]

туре, науке и технике право управлять страной, у которой таких достижений нет. «Попробуем исходить из этой посылки,— говорил Дж. Ньерере.— СССР уже запустил искусственный спутник Земли, следовательно, в этой области он намного опережает Великобританию, у которой такого достижения нет. Так что же, выходит, СССР имеет моральное право претендовать на управление Великобританией?» [81, с. 145—146].

Ньерере говорил и о том, что за 40 лет колониального управления власти построили в Танганьике только две средние школы. ТАНУ, даже не находясь в администрации и не располагая достаточными средствами, сумел построить несколько школ и принял решение о строительстве колледжа для подготовки национальных кадров. Лидер ТАНУ призвал всех африканцев поддержать кандидатов партии на предстоящих выборах [83; 81; 107].

Сразу же после съезда секретарь ТАНУ по организационным вопросам 3. Мтемву заявил о своем несогласии с его решениями. Мтемву считал, что партия стала умеренной организацией, критиковал ее за политику расового сотрудничества, за решение об участии в выборах на основе паритетной системы. По его мнению, политика ТАНУ перестала отличаться от политики Объединенной партии. Он вышел из ТАНУ и создал новую партию — Африканский национальный конгресс (АНК). Основу политики АНК составлял крайний африканский национализм. Однако этот курс не встретил широкой поддержки как среди африканцев, так, естественно, и среди индийских и европейских поселенцев.

Предвыборная кампания разворачивалась в сложных для ТАНУ условиях. Партия испытывала большие финансовые трудности для ведения предвыборной борьбы. В руках колониальных властей находились основные средства массовой информации, в том числе и такое доступное, как радио (корпорация радиовещания Танганьики была создана в 1956 г.). Колониальные власти запретили передачу по радио любых подготовленных ТАНУ материалов.

Наиболее опасным соперником ТАНУ была Объединенная партия Танганьики (ОПТ). Ее представители уже находились у власти и благодаря этому имели возможность хорошо подготовиться к выборам. Делегация ТАНУ пыталась вручить губернатору протест против преимущественного положения ОПТ, но безуспешно [83, с. 42, 166—169]. ОПТ оставалась малочисленной организацией (всего 10 тыс. человек), но могла рассчитывать на успех: в нее входила большая часть африканской интеллигенции, служащие колониального аппарата и другие наиболее активные среди африканцев избиратели. Расовый состав партии свидетельствовал о некоторых успехах «многорасовости». Африканцы составляли 67% ее членов, индийцы — 23, европейцы —8,5% [81, 107]. Однако открытая поддержка властями «многорасовой политики» ОПТ помимо их воли в 

[162]

чем-то облегчила для ТАНУ разъяснение массам проколониальной сущности Объединенной партии.

Во время предвыборной кампании ТАНУ резко активизировал свою деятельность. Были изданы многочисленные листовки и воззвания, в которых разъяснялись цели и задачи партии, содержались призывы к избирателям. Вот некоторые из них: «Наш принцип — самоуправление, равные возможности для всех независимо от религии, образования, цвета кожи, имущественного положения»; «Мы против: 1) паритетного представительства в Законодательном совете как проявления дискриминации и расизма, 2) выборов лишь для образованных и имущих, так как такие выборы — нарушение гражданских прав и прав человека»; «Избирай ТАНУ, права человека, гуманизм и братство! Избирай завтрашнее процветание, свободу и права! Отдай свой голос за ТАНУ, не голосуй за тех, кто против ТАНУ!».

Перед выборами колониальная администрация пыталась так или иначе нейтрализовать наиболее активных членов ТАНУ, прежде всего — Ньерере. За критику в газете «Голос ТАНУ» двух английских чиновников, работавших в Мусоме и Сонгеа, Ньерере привлекли к суду. Суд обвинил лидера ТАНУ в диффамации и приговорил его к шести месяцам тюремного заключения. Дж. Ньерере удалось избежать заключения, уплатив штраф в размере 3 тыс. шилл., которые были собраны членами нескольких отделений партии [83, с. 25].

Уже в этот период ТАНУ проявлял большой интерес к социально-экономическим проблемам. Вот один из характерных примеров. В номере за 1 июня 1958 г. газеты «Африканец» («Мвафрика») была опубликована статья «Как я понимаю мысли Правдолюба». В разделе статьи «Экономика — ценность мира» говорилось: «Без экономического фундамента и торговли в стране не может быть ни <мира, ни прогресса. И есть лишь один путь для создания этого фундамента: трудящиеся должны взять власть в свои руки, добиться самоуправления. Свобода — вот тот ключ, который откроет путь к уничтожению капитала, откроет путь к прогрессу. Все мы знаем, что англичане находятся здесь, чтобы эксплуатировать нас, обогащаться за наш счет. Им не удастся обмануть нас заверениями, что они находятся здесь из-за любви к нам, из-за желания цивилизовать нас или способствовать прогрессу страны. Все это сплошное лицемерие, цель которого — ослепить нас. Чем дольше они будут здесь находиться, тем больше они вывезут полезных ископаемых и капиталов из нашей страны в Великобританию. Они находятся здесь потому, что без нас они не могут существовать» [81, с. 183—184]. Газета «Африканец» издавалась представителями африканской интеллигенции, близкими по взглядам к ТАНУ, пользовалась большим влиянием среди африканцев.

Популярность ТАНУ заставила руководителей ОПТ пред- 

[163]

ложить ему вступить в коалицию со своей партией или даже объединиться. Лидеры ТАНУ согласились на переговоры с ОПТ, но они закончились безрезультатно. После встречи с руководством ОПТ Дж. Ньерере заявил на одном из митингов: «По всем признакам ОПТ — живой труп» [81, с. 167].

Накануне выборов губернатором Танганьики был назначен Р. Тэрнбулл, хорошо знавший Восточную Африку. Его назначение отразило новую тактику английских властей — тактику заигрывания с африканскими политическими лидерами. Его вступление в должность ознаменовалось характерным эпизодом: свою речь он произнес сначала по-английски, а затем на суахили [380, с. 334].

Уже первый тур выборов, проходивший в сентябре 1958 г., принес ТАНУ абсолютную победу. В тех округах, где ТАНУ выставил своих кандидатов, ни один их соперник не прошел. Выборы нанесли сокрушительный удар по ОПТ, которая в 1959 г. прекратила свое существование. Президент АН К 3. Мтемву получил лишь 53 голоса. После первого тура представители ТАНУ стали занимать четвертую часть всех мест в Законодательном совете. Во втором туре с февраля 1959 г. партия осталась практически единственной организацией, выдвинувшей своих кандидатов [83, с. 57—59]. Победа ТАНУ подтвердила правильность тактики, избранной ее руководством. Дж. Ньерере стал председателем Организации неофициальных членов Законодательного совета. Между Национальным исполкомом ТАНУ и Организацией неофициальных членов были установлены тесные отношения [380; 83; 81]. Выборы, таким образом, окончательно доказали, что ТАНУ является единственной влиятельной партией в стране.

Однако эта победа не устранила внутрипартийную борьбу. Некоторые члены руководства партии продолжали выступать против сотрудничества с другими расовыми группами. После выборов они были исключены из партии (П. Кунамби, В. Мванджиси С. К. Георга, Л. Сокию, М. К. Симона и Г. Пачу) [477, 6.07.1968].

Другую линию размежевания определил религиозный фактор. В конце 50-х годов в Танганьике насчитывалось около 2 млн. мусульман. В руководстве ТАНУ между тем мусульмане были представлены слабо. В 1959 г. не без поддержки колониальных властей в стране был создан Всемусульманский национальный союз Танганьики (ВНСТ). Эта организация заявила, что нельзя предоставлять независимость Танганьике, пока мусульмане не достигнут такого же уровня образования, как и христиане. Опираясь на помощь своей секции старейших, к которой присоединились почти все мусульманские шейхи, ТАНУ сумел избежать раскола единого фронта борьбы на религиозной почве [83, с. 249—250].

Законодательные изменения после выборов стали проводиться быстрее. В марте 1959 г. губернатор объявил о созда- 

[164]

нии конституционного комитета (комитет Рэмиджа), которому поручили выработать новый законопроект, предусматривавший возможность формирования совета министров из числа неофициальных членов. В июле 1959 г. пять членов Законодательного совета, поддержанных ТАНУ, стали министрами. Это были европеец Д. Брайсесон, индиец А. Джамаль и африканцы С. Элиуфоо, вождь А. Фундикира и Дж. Кахама [83, с. 59]. Дж. Ньерере не вошел в совет министров, чтобы сохранить свободу действий: по существовавшим правилам министр, собиравшийся выступить с критикой правительства, обязан был за 48 часов поставить губернатора в известность о содержании своей речи. После этого он должен был временно уйти в отставку. Все это лишило бы лидера ТАНУ возможности оперативно выступать с критикой действий администрации [96, с. 67—68].

В декабре 1959 г. губернатор объявил, что после новых вы-боров, назначенных на август 1960 г., в Законодательном совете будет введено неофициальное большинство. Лидеры ТАНУ выступили против проведения новых выборов, поскольку партия уже доказала свое влияние в массах. Однако миссия Совета ООН по опеке поддержала предложение английской администрации, и ТАНУ пришлось принять его.

В январе 1960 г. был проведен новый съезд ТАНУ. Его решения отразили изменение статуса ТАНУ, которому впервые предстояло решать вопросы государственного строительства. Съезд решил на выборах бороться за завоевание всех мест в Законодательном совете, развернуть общенациональную кам-панию за ликвидацию неграмотности, добиваться осуществления политики «африканизации» государственного аппарата, т. е. передачи африканцам постов в высшем и среднем звене администрации. На съезде было также рекомендовано сделать суахили национальным языком страны и рабочим языком Законодательного совета, использовать только этот язык в избирательной кампании [81, с. 275—278].

В своем меморандуме миссии ООН и в заявлениях ТАНУ выступал за введение всеобщего избирательного права. Под давлением его требований избирательные цензы были снижены. По новым условиям выборов для участия в них необходимо было: умение читать и писать на английском или суахили (ранее — только на английском); иметь доход 75 фунтов стерлингов (ранее—150 фунтов стерлингов) или занимать какой-нибудь пост в государственном аппарате. В результате этого число зарегистрировавшихся избирателей значительно возросло: в 1958 г. их было 60 тысяч, а в 1960 г. —885 тысяч человек [83, с. 61; 356, с. 569]. Был отменен также принцип паритетного представительства [83, с. 61].

В соответствии с рекомендациями комитета Рэмиджа на выборах 1960 г. кандидаты от всех расовых групп боролись за право занять 71 место в Законодательном совете. В целом 

[165]

совет должен был состоять из 81 депутата (71 избирался и 10 — назначались губернатором от всех расовых групп). Когда было закончено выдвижение кандидатов (18 июля), стало ясно, что ТАНУ уже победил, поскольку в большинстве избирательных округов кандидатов от других организаций и независимых не было. В оставшихся округах выборы прошли 29 июля, во всех (кроме округа Мбулу, где победу одержал вождь Сарватт — независимый) победили кандидаты ТАНУ. В результате кандидаты ТАНУ получили 70 из 71 места в Законодательном совете (среди них—11 индийцев н 10 европейцев).

После выборов губернатор поручил Дж. Ньерере сформировать первое правительство африканского большинства. Ньерере стал главным министром. Новый состав Законодательного совета включал 81 депутата: 52 африканцев, 16 европейцев и 13 индийцев (среди 10 назначенных губернатором депутатов были представители от всех расовых групп). Новые депутаты создали парламентскую фракцию ТАНУ. В исполком фракции вошли и депутаты от европейцев и индийцев: леди Чешем и Аль-Hyp Кассум. Их назначение знаменовало открытие партии для всех расовых групп. Победа на выборах и приход ТАНУ к власти предрешили исход дальнейшей борьбы за независимость. Вопрос был лишь в сроках.

В марте 1961 г. в Дар-эс-Саламе (вместо Лондона, как предполагалось ранее) состоялась конституционная конференция. В ней участвовал министр колоний Я. Маклеод, губернатор Р. Тэрнбулл, главный министр Дж. Ньерере и министры правительства. Конференция работала всего два дня. Было принято решение о создании в Танганьике с 1 мая 1961 г. правительства внутреннего самоуправления во главе с премьер- министром. Независимость было намечено провозгласить 9 декабря 1961 г. [83, с. 65].

В намеченные сроки было создано правительство внутреннего самоуправления, и ТАНУ пришел к власти. Дж. Ньерере стал премьер-министром, Законодательный совет был переименован в Национальное собрание, совет министров стал кабинетом министров. В руках губернатора оставались все полномочия в вопросах обороны и внешних сношений. Перед ТАНУ как правящей партией встали новые проблемы и задачи. Они касались не только политической жизни, но и хозяйственного, экономического и культурного строительства.

С мая по декабрь 1961 г. партия приложила немало усилий по совершенствованию новых органов власти и выработке программы дальнейшего развития страны. Комитет из представителей ТАНУ, Федерации труда и кооперативов занимался разработкой проекта программы развития экономики и поднятия жизненного уровня населения. Были внесены изменения в структуру управления страной: назначены районные и областные комиссары, которые являлись представителями как партии, 

[166]

так и правительства на местах. Они руководили деятельностью органов местной власти и партийных организаций. Осенью 1961 г. состоялся съезд ТАНУ, на котором были внесены изменения в устав, с учетом того, что партия стала правящей [81, v. 275—278; 83].

9 декабря 1961 г. Танганьика стала независимым государством. ТАНУ заявил, что страна будет развиваться по пути социализма в интересах народа страны, что она будет проводить политику нейтралитета, сотрудничать с ООН в решении международных проблем, добиваться полного освобождения Африки. Над страной, над пиком самой высокой горы Африки — Килиманджаро, названным пиком Ухуру, был поднят черно-зелено- желтый флаг нового независимого государства.

Советский Союз был среди первых государств, признавших независимую Танганьику. В поздравлении Советского правительства, посланном на имя премьер-министра страны Дж. Ньерере, говорилось: «Все советские люди искренне рады тому, что народу Танганьики удалось, наконец, покончить с ненавистным колониальным режимом. Советский Союз торжественно заявляет о признании им Танганьики как независимого и суверенного государства и о своей готовности установить с ним дипломатические отношения и обменяться дипломатическими представительствами» [453, 9.12.1961].

В своем политическом развитии Танганьика опередила соседние с ней страны, раньше добилась политической независимости. Это было вызвано несколькими причинами. Прежде всего, Великобритания вынуждена была считаться с тем, что Танганьика — подопечная территория, а не колония. Выход ТАНУ на международную арену и признание Советом ООН по опеке этой партии в качестве единственной общенациональной организации содействовали ускорению борьбы за независимость. Большой заслугой ТАНУ было то, что он смог объединить более 120 этнических общностей страны, избежать острой межэтнической вражды, распространить свое влияние повсеместно. В какой-то мере этому способствовало наличие широко распространенного и понятного массам языка суахили. Несомненна заслуга ТАНУ и в объединении прогрессивных сил всех расовых групп страны. Опыт ТАНУ в этом отношении оказал определенное воздействие на деятельность других политических организаций Восточной и Центральной Африки.

Победе народов Танганьики способствовала и та международная поддержка, особенно социалистических и развивающихся стран, которую они оказали ТАНУ и народу Танганьики в ООН и других международных организациях. Успеху также способствовали совместные действия с рабочим, профсоюзным и кооперативным движением и сотрудничество с национально- освободительными движениями не только Восточной, но и всей Африки. Однако для партии достижение политической независимости было лишь первым, хотя и очень важным шагом на 

[167]

пути к главной цели. Дж. Ньерере неоднократно подчеркивал, что на пути независимого развития придется решать задачи более сложные, чем те, которые ТАНУ и народ Танганьики сумели разрешить в период борьбы за свободу и независимость.

На Занзибаре события развивались иначе. С середины 50-х годов Великобритания, пытаясь ослабить антиколониальную борьбу и сохранить свое господство на Занзибаре, вынуждена была пойти на уступки, согласиться на проведение выборов и осуществление «конституционных реформ». Главная цель вы-боров состояла в том, чтобы расколоть национально-освободительное движение. С 1957 по 1963 г. выборы на Занзибаре проводились четыре раза: в 1957 г., дважды в 1961 г., в 1963 г. Кроме ПАШ в этих выборах в разное время участвовали: Националистическая партия Занзибара (НПЗ), выражавшая интересы арабов, Мусульманская ассоциация, созданная по религиозному признаку и поддержанная верхушкой индо-пакистанцев, Народная партия Занзибара и Пембы (НПЗП), которая осуществляла в основном свою деятельность на Пембе, и др. Появление многочисленных партий ослабляло общий фронт антиколониальной борьбы. На всех выборах ПАШ завоевывала большинство голосов, но под разными предлогами английские власти поручали формирование правительства внутреннего самоуправления не ей, а другим партиям.

В 1963 г. власти поручили коалиции партий НПЗ — НПЗП, получивших меньше голосов, чем ПАШ, возглавить правительство внутреннего самоуправления [270; 295; 348]. Явно выраженная проарабская, антиафриканская политика этого правительства обострила политическую ситуацию и даже вызвала раскол в НПЗ — одном из членов коалиции. В результате в июне 1963 г. возникла еще одна оппозиционная партия — «Умма» («Народ»). В том же году «Умма» и ПАШ договорились о координации своих действий и образовали Объединенный фронт оппозиции [270, с. 28].

В сентябре 1963 г. в Лондоне на конституционной конференции была достигнута договоренность о том, что 9 декабря 1963 г. Занзибару будет предоставлена независимость при условии сохранения всей власти в руках султана. ПАШ из тактических соображений согласилась. Однако ее руководители понимали, что тем самым будет решена лишь одна из двух главных задач освободительной борьбы. Они рассчитывали, избавившись от английского колониального господства, подготовить ликвидацию проанглийского султанского режима [90, с. 1; 84, с. 15].

Планируя вооруженное восстание, ПАШ сформировала «Комитет 14-ти», в состав которого вошли М. Абдалла, X. Амир, С. Бавуаи, С. Бакари, X. Вашото, X. Дарвеш, С. Мфараньяки, А. Натепе, Дж. Окелло, X. Сулейман, Р. Хаджи, П. Хамиси,

[168]

X. Хемеди и Ю. Химид [91, с. 94; 90, с. I—2]. Комитету была поручена тайная подготовка боевых отрядов. В исследовании. О. И. Тетерина подробно описана деятельность «Комитета 14-ти» [270]. Однако до сих пор о борьбе ПАШ в тот период многое неизвестно: ветераны не сообщают подробностей подготовки революционного выступления.

Известно, что по плану ПАШ оно должно было начаться в 2 часа ночи 12 января 1964 г. Однако за несколько дней до начала революции в г. Занзибар стали циркулировать слухи о возможности вооруженного восстания африканцев. 11 января ранним утром правительство отдало приказ перегородить колючей проволокой дороги, ведущие в город. Вечером того же дня усиленные наряды армии и полиции прочесали город, но, не обнаружив ничего подозрительного, возвратились в казармы. В это время шли последние приготовления к вооруженному восстанию: на организованный с согласия властей праздник. «Фете» в штаб-квартире ПАШ собрались участники восстания, боевые отряды занимали позиции для захвата полицейских и воинских казарм, складов с оружием и боеприпасами и т. д.

Точно в назначенное время отряды штурмовали намеченные пункты. Вскоре все они оказались в руках восставших: радиостанция Занзибара в Раха Лео, полицейский участок в Мтони — главный очаг сопротивления султанского режима, полицейское управление в Зивани, телеграф, аэропорт, электро-станция и др. [90, с. 2; 91, с. 94].

В результате победы вооруженного революционного восстания на карте Восточной Африки появилась Народная Республика Занзибара и Пембы.

[169]

Цитируется по изд.: Овчинников В.Е. История Танзании. М., 1986, с. 160-169.